Вторая жизнь Элизабет

В то время она мало внимания обращала на окружающую реальность.

Встряхнувшись, Лиза поспешила дальше. Судя по настойчивости сестры, в ближайшее время ей не позволят питаться чем-то помимо отравленных продуктов.

Добраться до кухни ей удалось без проблем. Внутри, кроме главной кухарки, никого больше не было.

– Молодая госпожа? – женщина явно удивилась появлению Элизабет.

Добрый день, Маэта, – поздоровалась Лиза и закрыла за собой дверь. – Я голодна. Есть ли что-нибудь легкое?

– Ах, – Маэта вскинула пухленькие руки и прижала их к пышной груди. – Как же вы тут? Я слышала… – начала она, но осеклась, понимая, что ей не следует говорить лишнего при хозяйской дочке. – Легкое? Да, да, конечно. Я сейчас же приготовлю омлет. И еще есть…

Маэта засуетилась, торопливо вываливая на Элизабет различные подробности о продуктах. При этом она мельком поглядывала на госпожу, сгорая от любопытства.

Ей хотелось знать, что такого могло случиться, что старшая дочь хозяина пришла за едой прямо на кухню. Неужели за завтраком не наелась? Обычно у больных плохой аппетит.

Еще раз исподтишка глянув на девушку, Маэта подумала, что страдающей от болезни госпожа не выглядела. Бледная, конечно, но это для господ в порядке вещей. Они если и бывают на солнце, то прикрывают лица зонтами. Уж больно они не хотят быть похожими на простолюдинов.

Осмотрев кухню, Элизабет совершенно спокойно села за стол, чем привела Маэту в еще большее недоумение. Та никак не могла поверить, что молодая госпожа решила обедать прямо на кухне. Такого никогда не было.

Закрыв рот, кухарка бросилась вытирать стол. Он был довольно старым, зато весьма крепким и надежным. За время дерево впитало в себя множество различных жидкостей, отчего столешница покрылась темными пятнами.

Раньше Маэта не обращала на это внимания, да и другим слугам, питающимся на кухне, было все равно. А сейчас кухарке внезапно стало невероятно стыдно за эту грязь.

– Все в порядке, – попыталась убедить женщину Элизабет. Конечно, ей было не слишком приятно сидеть за столь грязным столом, но она вполне могла потерпеть.

– Я сейчас, – Маэта кинулась к шкафу и принялась перебирать полотенца. Отобрав самое новое и чистое, она постелила его на стол. – Это…"

"– Все хорошо, – Лиза слегка улыбнулась.

Маэта выдохнула, а потом подозрительно принюхалась. Как только она поняла, что омлет, кажется, подгорел, ее лицо, обычно румяное и загорелое, побледнело. Кинувшись к плите, она принялась спасать то, что еще можно было спасти.

Наблюдая за кухаркой, Элизабет тихо вздохнула. Она хорошо понимала состояние женщины. На самом деле Лиза и сама ощущала себя неловко. Раньше ей не доводилось делать что-то подобное, ведь мир слуг и господ был четко поделен.