Выжить вопреки всему

Воины принялись перевязывать раненых, а потом занялись мародеркой: снимали брони, подбирали оружие, срезали кошели, если они были. Одежду оставляли сервам – постирают, заштопают прорехи, нанесенные мечами, и она им послужит еще не один год. Селяне оплакивали мертвых, по всему немаленькому селу стоял женский вой. Дарку было очень неприятно смотреть на страдания людей, он их жалел, но помочь им ничем не мог. С польмарцами был довольно большой обоз, по всей вероятности, это были фуражиры, и, видно, уже не одно село ограбили. Сержант нашел старосту и долго о чем-то с ним разговаривал, потом разрешил отобрать то, что те успели забрать и погрузить с этого села.

Через некоторое время подумал и оставил три телеги и пару коней. Остальные повозки выстроили караваном, посадили возницами несколько местных мужиков, привязав к повозкам пойманных коней, и отправились в крепость.

Прошло несколько дней, и к крепости прибыло пополнение или подкрепление в количестве трех тысяч человек. Здесь были и воины с восточной границы, и ополчение. Командовал ими пожилой полковник. Рядом с крепостью на поле установили палатки для офицеров, простой солдат спал на земле, ведь была уже поздняя весна, вернее, даже лето.

К этому времени и Тубор с Ашкеном залечили свои травмы и тоже стали проситься в дозор.

Но начальник крепости поступил по-другому, отправив их к прибывшему полковнику. Тот покрутил носом, но парней принял, и у них начался новый этап в жизни. Им, не спросив желания, выдали тяжелые щиты и копья и принялись муштровать в составе полусотни. Конечно, можно было плюнуть и уйти, ведь это была не их война и они не были подданными королевы. Но как это сделать, не уронив чести, ведь их посчитают трусами, вот и терпели.

Когда какой-то офицер попытался их обрядить в кожаный доспех, а их кольчуги приказал сдать, то они просто объяснили, что это их личные вещи и он может идти лесом, а так как они – подданные других государств, то могут вообще отказаться от помощи их королеве. Офицер подумал и ушел, на этом все и закончилось.

В последние дни весны ополчение подняли и повели в западном направлении. Идти было тяжело. Жара, пыль да еще, помимо тяжелого щита и копья, на поясе болтались меч и кинжал, а за плечами – ранец с самым необходимым, который Дарк не осмелился сдать в обоз.

Он давно уже понял, что в жизни не все так, как описано в рыцарских романах, которые он читал в замке. Но сознание еще сопротивлялось, оправдывая те или иные неблаговидные поступки окружающих. Поэтому он не сильно расстроился, когда не дождался положенной доли с трофеев, которые были захвачены в селе несколько дней назад.

«Наверное, просто не успели, ведь нас так неожиданно отправили в дорогу, – думал он, успокаивая себя. – Позже обязательно отдадут».