Загадка американского родственника

Там в тридцатые годы высший военный состав селили. И разных других знаменитых людей. Артистов, писателей. У Марии Александровны муж был большой генерал. Вот я и подумала: может быть, у нее после мужа антиквариат сохранился?

Друзья украдкой переглянулись: теперь им становилась гораздо яснее причина бурной благотворительности Моей Длины.

— Я уже вчера Марию Александровну навестила, — тем временем развивала тему Маша Школьникова.

— Ну и как? — постарался с как можно более серьезным видом спросить Олег. — Действительно антиквариата полно?"

"— Кое-что есть, но не очень много, — отвечала Моя Длина.

 — Мне очень понравился столик из красного дерева. Он, по-моему, жутко старинный. Мария Александровна мне объяснила, что этот стол карточный. Но в карты она не играет. Поэтому мы на старинном столике пили чай. Очень стильное чаепитие. Мы уже с матерью обсудили: если Мария Александровна согласится, мы у нее потом весь антиквариат купим. Но это в будущем.

Олега уже душил смех. Остальные тоже опустили пониже головы.

— Ладно. Скоро звонок. Пошли, — странным каким-то голосом выдавила из себя Таня.

Остальных уговаривать не пришлось.

Они так рьяно пустились к школе, словно бы только и мечтали скорей попасть на уроки.

— Ненормальные вы какие-то, — пожала широкими плечами Моя Длина, которая совершенно не собиралась никуда торопиться. — А тебе, Беляев, я после уроков список поручений дам! — крикнула она вслед убегающей компании.

— Договорились, — не оборачиваясь, махнул ей рукою мальчик.

После уроков Маша Школьникова и впрямь вручила ему список. В нем значилось:

1). Хлеб белый — 1 батон (австралийских, турецких и французских батонов не покупать. У них жесткие корки.

М. А. их не разгрызет. Зубы вставные).

2). Молоко — 1 пачка (импортного стерилизованного не надо, потому что М. А. любит делать из молока простоквашу).

3). Кефир — 1 пачка (йогурт не надо. М. А. не любит).

4). Сыр — 0,5 кг (лучше всего «Российский»).

— Ну и ну, — принялся протирать носовым платком очки Олег. — Не список, а сплошное исключение из правил. Может, мы что-нибудь упростим?

— Ничего тут не упростишь, — оставалась неумолимой Моя Длина. — Уж такие у нее вкусы. Мы их должны уважать.

Олег вздохнул.

— Ты не расстраивайся, — начала его успокаивать Таня.

 — Мы с тобой вместе пойдем в магазин.

— Тогда нет проблем, — улыбнулся мальчик.

Для него не существовало большей муки, чем ходить по продовольственным магазинам. Он в них совершенно терялся.

— Ну, значит, все ясно, — заторопилась куда-то Моя Длина. — Марии Александровне передайте: я к ней завтра после уроков обязательно загляну. Мне мать для нее целую сумку лекарств набрала. По полному стариковскому списку. И от сердца. И от давления. И от головной боли. И от простуды. Причем там одна фирма.