Загадка верфей

— Принц, вы живы?! Вам требуется помощь? — с порога крикнул комиссар.

Молодой человек совершенно спокойно, будто на дворе не была глубокая ночь, повернулся к шефу жандармерии и произнёс:

— Благодарю, со мной всё в порядке. Стража, можете быть свободны. Комиссар Маркус, чем обязан?

Не отвечая на вопрос, комиссар смерил меня тяжёлым взглядом и подошёл к принцу вплотную. Несколько секунд сосредоточенно поводил руками около коронованной особы, явно сканируя его ауру, затем бросил «прошу прощения, Ваше Высочество, видимо, дворецкий что-то напутал» и грубо вытолкал меня из покоев Эндрю.

— Ну-с, Кай, и что это было? — Комиссар скрестил руки на широкой груди. — Без приглашения вломился в покои принца среди ночи, да еще в таком виде. Я, конечно, понимаю, что ты теперь выжженный маг, но с мозгами-то у тебя...

Маркус говорил что-то ещё, отчитывал, а я смотрел в тёмные глаза и думал о том, насколько же влиятельная фигура — шеф жандармерии — с одной стороны, и как долго он находится в тени короля — с другой. Ведь все лавры спокойной жизни в Лорнаке всегда достаются Бенедикту Третьему, и в то же время, когда случается что-то серьёзное, горожане не преминут отругать жандармерию. Да и по магическому резерву комиссар вполне мог бы претендовать на место короля как никто другой. Аристократическое происхождение у него точно имеется. Если бы я был на месте комиссара, то образ добродушного толстяка, который тщательно формировал долгие годы, определённо сыграл бы мне на руку. Во-первых, он не так уж и далёк от ныне действующего короля, а во-вторых, никто не подумает на него. Те, кто знает Маркуса существенно лучше, — его подчинённые — давно принесли ему соответствующие клятвы. По долгу службы, конечно, но что-то мне подсказывает, что их текст составлен очень тщательно. А единственный законный наследник престола отправлен во Франконию. Хм-м-м…"

"Я не слышал, что говорил собеседник, но вынырнул из своих мыслей, когда напряглась шея и плечи комиссара, а надбровные дуги опустились.

— Кай, что это у тебя? Кровь?

Я тронул губы и понял, что от усердного мыслительно процесса у меня снова пошла кровь из носа.

— Да, ерунда. — Небрежно вытер рукавом лицо. — Так что там насчёт принца? Он действительно улетает завтра?

Комиссар сощурился и приблизил своё лицо ко мне.

— У тебя ко всему ещё и расширены зрачки. Ты что-то употреблял из наркотических средств?

С губ так и рвалось шальное: «да, ту дрянь, что ты мне подсунул», — но я постарался сохранить нейтральное выражение лица.

— Понятия не имею, о чём ты говоришь.

Несколько секунд в коридоре стояла абсолютная тишина. Воздух между нами сгустился.