Закрой дверь за совой

Им было известно, что именно лежит в вашем сейфе. И они знали, что вы не расскажете в полиции о его настоящем содержимом. Вы говорили кому-нибудь о поддельной диадеме?

– Я что, по-вашему, похож на самоубийцу?

– Сема, а вы?

– Ни за что, – открестился Дворкин. – Мы тихо взяли заказ, сделали его без лишнего шума и пыли и собирались так же тихо вернуть. Только дурак будет кричать на всех углах, что он копирует украденную диадему.

– Отлично. – Макар обернулся к Бабкину. – Пока ты занимаешься голубями, я встречусь с Курчатовой. По всему получается, что утечка была через нее.

– Она что, идиотка?

– Вот это мы и выясним, – сказал Макар.

– Никому! – Динара твердо выдержала взгляд Илюшина. – Я никому не рассказывала о диадеме!

Они сидели в небольшом кафе, где кроме них, не было ни одного посетителя. Если повезет, в таких заведениях царит тихое благожелательное равнодушие: посетителя обслужат, но без лишних вопросов и уточнений. Никто не поведает интимным шепотом, что кондитеру сегодня особенно удался штрудель, никто не осведомится, желает ли он графин морса в этот жаркий летний день. Официант будет смотреть немножко мимо, и, кажется, забудет о существовании клиента, едва принеся заказ.

"Макар передвигался по Москве пешком и, в отличие от Бабкина, в любой толпе чувствовал себя как рыба в воде. Пешеход видит больше автомобилиста, а любопытный пешеход – в тысячу раз больше. Илюшин помнил все кофейни в пределах Садового кольца, мог не задумываясь назвать пять ресторанов любой национальной кухни и знал секретные места, где за проходной скрывается многолюдная столовая – в таких можно на сто рублей поесть ароматного рассыпчатого плова, запивая его компотом с курагой, или настоящего густого борща, или, если повезет, попасть на пельменный день, когда поварихи мечут из-за раздаточной линии, словно перетасованные карты, тарелки с горой пельменей под щедрой ложкой сметаны.

Динару Курчатову нужно было спрятать от случайных глаз. Он попросил ее покружиться по кварталу, проверил, нет ли слежки, и назвал адрес кафе.

– Я ни с кем не говорила о диадеме.

Девушка выглядела усталой, но не испуганной. Хотя стоило бы бояться, подумал Макар: она вот-вот окажется подозреваемой в краже.

– Когда ваша свекровь собирается праздновать юбилей?

– В эти выходные. Диадему заберет, скорее всего, в пятницу.

– У нас четыре дня. – Макар отпил свой кофе. – Динара, четыре дня на поиски – это очень мало. Расклад очень простой: либо сами ювелиры навели грабителей, либо это сделали вы. Первый вариант исключать нельзя, хотя он кажется мне маловероятным. Возможным, да. От Вермана многого можно ожидать. Но им было выгоднее иметь дело с вами, не тратя силы на инсценировку.