Закон свободы
Когда сталкер в Зоне становится инвалидом, он свободен в своем выборе – уйти быстро и легко, пустив себе пулю в лоб, либо цепляться за жизнь из последних сил, умирая долго и мучительно.Снайперу не повезло. В бою он получил серьезное ранение. К тому же за его голову две самые мощные группировки Зоны назначили огромную награду. Есть ли смысл дальше бороться за жизнь? Не проще ли сделать правильный выбор, осознав полную безвыходность своего положения?Но закон свободы каждый трактует по-своему. Кто-то в критической ситуации убивает себя. А кто-то пытается убить тех, кто охотится на него. Пытается из последних сил, которых осталось совсем немного…
– Что это? – недоуменно спросила Касси, тоже не ожидавшая наткнуться на подобный сюрприз, похожий на декорацию к фантастическому фильму."
"– Противорадиационный бункер, – сказал я. – Рассчитанный человек на пятьсот. Встречал однажды похожий неподалеку. А переоборудовать его могли под что угодно. Например, под завод для производства лысых боевиков и превращения отловленных ктулху в биологические охранные модули. При этом чуйка мне подсказывает, что рядом с объектом их может пастись нехилое количество.
– Сплюнь, сглазишь, – вновь поежилась Касси – похоже, бесстрашная «всадница» страдала ктулхуфобией. Впрочем, сильных, ловких и жутких кровопийц опасались все, кто шлялся по Зоне, и я – не исключение. Просто порой для того, чтобы выжить, приходится наступать на горло своим страхам. А вот когда опасность миновала, враг убит, или бежал с поля боя, можно отпустить простые человеческие эмоции, и опять бояться в полный рост. До следующей битвы.
– Давай‑ка назад, – сказал я, отступая обратно в тень корявых деревьев. Моя чуйка тоже звенела не по‑детски, предупреждая о близкой опасности. Касси беспрекословно последовала за мной.
И вовремя. Потому, что из‑за купола вразвалочку вышли аж шесть ктулху. Твари настороженно щупали воздух растопыренными щупальцами – видать, учуяли что‑то, но еще не определились, насколько это «что‑то» их интересует.
– Очень тихо сдаем назад и уходим, – прошептал я.
Удивительно, на что способен человек, точно знающий, как он умрет, если не проявит чудеса ловкости и изобретательности. Минуту назад мы с Касси, матерясь сквозь зубы, ломились сквозь чащобу, чудом не застревая между стволами, растущими слишком близко друг от друга. Сейчас же мы с ней буквально скользили между ними неслышными тенями, уходя все правее от столь хорошо охраняемого купола.
И ведь ушли, живыми и невредимыми. Может, помогло то, что я пах как ктулху, а, может, чудовища Зоны просто не стали преследовать неявную цель – все‑таки мы были от них достаточно далеко. Вот и ладушки, вот и замечательно.
– Даже не верится, что ушли, – выдохнула Касси. – Я уж с жизнью попрощалась.
– Ну, теперь поздоровайся с ней, – сказал я, вытаскивая из кармана свой КПК. – Потому, что нам придется вернуться.
– Да ни за что! – упрямо мотнула головой девушка. – Ты совсем рехнулся? Там же полдюжины ктулху кругами ходят!
– Так‑то оно так, – задумчиво проговорил я, разглядывая в КПК карту Зоны. – Только сдается мне, что все бункеры подобного типа построены по единому принципу. Как я говорил, видел я такой однажды возле озера Куписта. Ну как озера, скорее, того, что от него осталось. Пересохло оно процентов на восемьдесят, и получилось из него нечто вроде мелкого болота.

















