Заложница миллиардера

Я уже думала об этом, что Марине самой нужно крепкое плечо, ей пора выдохнуть после года, что она провела рядом с трагедией родного брата. Не знаю, почему она отталкивает Кога, а со стороны это выглядит именно так, но от меня ей будет труднее отмахнуться. Я идеально вписываюсь в их семью, у меня тоже и характер непростой и упрямства не занимать.

— Давай не будем усложнять ситуацию, — я заговариваю ее, подводя к двери. — Он же сейчас тоже не в лучшем расположении духа. Ты же лучше меня знаешь, какой он будет злой из-за коляски. Значит по-другому никак, если он согласился.

— Да, — Марина кивает. — Ему нужен укол, у него боли, если он не может встать.

— Они всё сделают. Ког рядом.

Я увожу ее наверх, хотя Марина норовит остановиться на каждой ступеньке. Но в самой спальне, которую я не выбираю, а просто-напросто открываю первую дверь и с облегчением нахожу в комнате большую кровать с покрывалом песочного оттенка, становится легче. Марина перестает противиться, когда оказывается на кровати. Она тоже вымоталась за сегодня, ее дыхание замедляется и она позволяет снять с себя обувь. Хотя и шепчет что-то смущенное.

— Удивительно, Марина. Ты столько заботишься от других, а сама чувствуешь себя неловко.

Я достаю из шкафа одеяло, выбирая то, что хранится в заводской упаковке, и укрываю ее.

— Я могу заснуть, — признается Марина, как будто сознается в страшном грехе.

— Было бы идеально. Я посижу рядом, пока это чудо случится.

Марина коротко улыбается, наконец, расслабляясь и бросая противиться сну.

— Разбудишь меня через час, — не унимается она.

— Спи, ради бога. Просто спи.

Я сижу на краешке кровати, пробуя разные техники гипноза. Я мысленно уговариваю Марину заснуть снова и снова, а, когда это удается, аккуратно поднимаюсь и выхожу за дверь.

— Не вздумай, — угрожающе шепчу на охранника, который останавливается у противоположной двери и уже собирается швырнуть тяжелую спортивную сумку на пол. — Ни одного шороха. Марина спит.

— Ааа…

Глупо тянет он, сжимая сумку крепче в ладони.

— Скажи своим, чтобы не шумели здесь.

Он кивает.

Я же поворачиваю к лестнице и вдруг понимаю, что меня слушают. Я на автомате приказала ему и случайно убедилась, что оказывается имею право отдавать распоряжения. Я считала себя заложницей, потом гостьей странного дома, а теперь нужно искать новое определение.

Как следующая ступенька доверия.

Я спускаюсь на несколько ступенек вниз, стараясь заранее рассмотреть, кто есть в комнате. Меньше всего мне хочется нарваться на Хозяина. В комнате слишком светло, да и чертова коляска… Я могу представить, какой это удар по мужскому самолюбию, особенно для такого сложного человека, как Хозяин. Он не свыкся со слабостью за год, наоборот, он делает себе хуже, пытаясь жить как здоровый мужчина.