Замужем с утра

 — Думаю, Блэкмир решил, что настало время остепениться, обзавестись семьей, потому что чуть позднее явился в эту крепость, убил построившего ее барона, захватил его земли и завладел его вдовой.

Кэтрин в ужасе округлила глаза:

— Бедная леди.

Лео пожал плечами:"

"— Должно быть, Томас не остался равнодушен к прелестям этой дамы, поскольку впоследствии женился на ней. Она родила ему шестерых детей.

— Так они мирно состарились вместе?

Лео покачал головой, неспешно приближаясь к Кэтрин:

— Томас вернулся во Францию и пал в битве при Кастийоне[5]. Впрочем, французы поступили благородно, воздвигнув ему памятник на поле боя.

— Не думаю, что он заслужил подобный знак уважения.

— Не будьте слишком суровы к бедняге, он жил по законам своего времени.

— Он был варваром, — возмущенно возразила Кэтрин. — И время тут ни при чем. — Легкий ветерок взметнул золотистую прядь ее волос, собранных в тугой узел, и отбросил на щеку.

Не в силах устоять перед искушением, Лео протянул руку и заправил локон ей за ухо. Ее кожа была нежной и гладкой, как у ребенка.

— Большинство мужчин — варвары, — пожал плечами Лео. — Просто теперь появилось больше правил, которым приходится подчиняться. — Сняв шляпу, он положил ее на стену и посмотрел на запрокинутое лицо Кэтрин. — Вы можете повязать мужчине галстук, научить его хорошим манерам и заставить блистать в обществе, но едва ли хоть один из нас по-настоящему цивилизован.

— Насколько я знаю мужчин, вы правы, — согласилась Кэтрин.

Лео смерил ее насмешливым взглядом:

— А что вам известно о мужчинах?

Лицо Кэтрин помрачнело, серые глаза сделались зелеными, как морская пучина.

— Я знаю, что им нельзя доверять.

— Я бы сказал то же самое о женщинах. — Лео сбросил сюртук, оставив его лежать на стене, и направился к холму, возвышавшемуся посреди развалин. Обходя руины, он невольно думал о том, что на этом самом месте стоял когда-то Томас Блэкмир, оглядывая свои владения. И вот, по прошествии многих веков, земля перешла к Лео. Теперь он как полноправный хозяин мог перекроить здесь все по своему желанию. Он волен был творить и разрушать.

— И какой оттуда открывается вид? — донесся снизу голос Кэтрин.

— Изумительный. Поднимайтесь, и сами увидите, если хотите.

Кэтрин положила альбом с карандашами на край стены и, приподняв юбки, начала взбираться на холм.

Взгляд Лео задержался на ее изящной, стройной фигуре. «Маркс крупно повезло, что времена Средневековья давно прошли, — усмехнулся он про себя. — А не то ее непременно заграбастал бы какой-нибудь жестокий лорд-завоеватель». Но улыбка Лео тотчас увяла, стоило ему представить, как он с дикарской яростью хватает Кэтрин в охапку и тащит туда, где земля помягче.