Запомни, ты моя

То есть прикрывался благотворительностью и борьбой с тем, кого в итоге и возглавил.

Но каким бы не было желание Юрия отомстить, раньше он бы так и поступил, — сейчас он решил сосредоточиться на шантаже, которым собирался вернуть свою Мелиссу."

"Насчет шантажа думала и Виктория Даниленко, которая была уверена, что Алена наверняка будет грозиться ей разоблачением того, что она спала после очередной попойки в клубе. Иначе почему Алена ее не разбудила. Иначе зачем забрала рабочий костюм?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍«Тварь», — решает Вика, думая, что все-таки Надя была права насчет этой разлучницы. Именно это она планирует ей сказать прямо в лицо. Но планы меняются, когда на административном этаже — вход в него есть только у высшего руководства — появляется начальство.

— Виктория! — стреляет в спину менеджера голос директора отеля Марата Дмитриевича. Приятного внешне, но отвратительного внутри человека. Вика до сих пор не поняла, зачем он пошел на поводу ее отца — подполковника и взял ее на работу.

Но все бы ничего, она почти простила ему его сволочизм и равнодушие, если бы не прием на работу Алены.

— Да, Марат… Дмитриевич, — еле выговаривает она, сложив руки по швам, словно перед ней строгий папа. Марат, конечно, в отцы ей не годился, но для нее считался уже стариканом.

Все-таки за тридцать. При ее двадцати двух — это как небо и земля.

— Не знал, что ты учила голландский. И надо признать, весьма удивлен. Эти инвесторы могли разнести об отеле неприятный слух о некомпетентности. Так что я тобой доволен и снимаю предыдущие пять предупреждений.

Часто-часто моргая и пытаясь быстро сообразить, о чем вообще речь, Вика выдает одно лишь слово, способное не дать подозрению просочиться в мозг этого истукана.

— Спасибо…

Марат Дмитриевич кивает, неслышно ступает по синим коврам к лифтам, но его догоняет Виктория.

Ей потребовались доли секунд, чтобы принять несколько решений и убить сразу пару зайцев.

— Это не я, — говорит она немного запыхавшись. Все-таки надо меньше ей бухать. Может, даже с Надей к тому тренеру красавчику записаться. — Это Алена.

— Алена? — хмурится директор. Он вряд ли может запомнить всех, кого принял на работу.

— Горничная. Она знает несколько языков. Вы сами проводили собеседование.

— Вспомнил, — кивает директор и ждет продолжение диалога. Но Вика засматривается на тату, мелькнувшее в вырезе не застегнутой белой рубашки. Она быстро поднимает взгляд, чтобы не быть раскрытой за подсматриванием. В последнее время она часто рассматривает его густые темные волосы, линию подбородка.