Запомни, ты моя

И за пару лет пребывания у тебя есть возможность освоить несколько языков, что в дальнейшем мне помогло осваивать язык той страны, где я жила. А значит всегда найти способ поговорить, избежав того, что подслушают.

Омар смотрит на меня внимательно, оглядывает лицо, словно пытаясь найти каплю сомнения.

— Надо все подготовить. Но если твой бойфренд будет падать в обморок каждый раз, когда видит кровь, то его лучше убить.

— Он не сам. Это я. Оставь его на осмотр, а меня на ночную смену.

Омар хмурится, дергает рукой, но кивает.

* * *— Мне он не нравится, — произносит Никита, когда после работы я наконец могу осмотреть его. Хотя проблема там не в вестибулярном аппарате, а в мозгах.

— Если бы ты больше думал верхней головой, то понял бы, что он единственный, кто нам помогает.

— А почему он нам помогает? Не потому ли…

Не удержавшись, бью Никиту уткой по голове. И пусть скажет спасибо, что не полной.

— Ты реально идиот? Сколько можно меня натягивать на каждого мужика, которого видишь?

— Я не специально, — трет место удара Никита и продолжает смотреть на меня, нередко опуская взгляд ниже. — Когда тебе рожать? Живот уже огромный.

— Не маленький, иначе бы мы с тобой давно сбежали.

— По трубам? — понимает Никита, и я киваю. Именно так я сбегала раньше, когда была маленькой и хрупкой. Но сейчас я не уверена, что и Никита пролезет."

"Спустя еще пол часа молчания, сопровождаемого бурчанием Никиты, я приношу марлю, чтобы делать повязки, а тем временем собираюсь с духом. Я продолжаю писать книгу, уже с измененными именами, но все же. Мне нужно все это записать и забыть, как страшный сон. Но вот рассказать, как оно было, Никите гораздо сложнее. Но он должен это услышать, чтобы понять, что в этом месте нельзя думать членом. В этом месте надо думать только головой. И если он этого не осознает, ребенка заберут, а наши тела превратят в секс-игрушки.

Глава 49. Юра

— Юра? — стучит в дверь кабинета Лисса. Он резко отрывает голову от стола и убирает с щеки прилипший лист. — Я покушать принесла.

Последнее время они не ссорятся, в доме как будто все затихло. И даже возращение детей не принесло покоя.

Никита и Алена пропали, а как их найти, Юра не знал.

Он уже задействовал все силы, какие были в его распоряжении, потратил немало денег на частных детективов, но понятия не имел, кому и зачем могли понадобиться дети.

Для него они были именно детьми. И последние три недели Юра регулярно корил себя, что считал их взрослыми. Корил, что не занялся поисками Алены, как обещал сыну много лет назад.

Теперь ему как никогда хотелось поверить в чудо, о котором она говорила.

О том, что она беременна его внуком, даже думать не хотелось. А том, что их уже нет в живых, тем более.