Застава, к бою! (СИ)

Казалось, послушав мою с Пуганьковым перепалку, они окончательно устыдились своих слов.

— И все же, товарищ старший лейтенант, — держался за свое Пуганьков, — у нас трое против двоих за то, чтобы отступить. Один воздержался.

— Кто это воздержался? Я, что ли? — Удивился Мартынов, — Вы, товарищ лейтенант…

— Отставить, — уже в третий раз сказал Таран, — у нас тут не выборы народных депутатов. Не голосование колхозных пайщиков. У нас тут армия.

Таран выпрямился, обвел всех присутствующих взглядом. Отрезал:

И я тут — начальник заставы. Мне и решать. Значит так, товарищи. Слушай мою команду.

Все затаили дыхание, ожидая, что же скажет Таран.

Только я да Черепанов ухмыльнулись, понимая, какой приказ отдаст начзаставы.

— Мы станем оборонять заставу, — сказал он. — У нас есть шанс сохранить ее. А значит, будем за него держаться.

Глава 14

Когда Таран закончил, в канцелярии на несколько мгновений повисла неприятная тишина. Только сырой ветер, что пробивался сюда через пустые окна, монотонно подвывал, беспокоил старенькие занавески. Мерзкий сквозняк гулял по комнате.

— Есть держаться, товарищ старший лейтенант, — первым развеял я эту тишину.

Таран хмыкнул.

— Есть держаться, — присоединился ко мне Черепанов, стоящий за спиной у начальника заставы. Потом довольно сложил руки на груди.

— Есть держаться, — вытянулся Мартынов.

— Есть, — добавил комтех Бричник.

— Есть, товарищ лейтенант, — проговорил повеселевший почему-то Ара Авакян.

Остался молчать только Пуганьков. Я глянул на замполита, и тот не выдержал моего взгляда. Немного приглушенным, мычащим голосом сказал:

— Есть, товарищ Лейтинант.

— Очень хорошо.

Таран приосанился, но почти сразу сгорбился от боли, оперся о стол, обхватив рукой грудь.

Мартынов с комтехом Бричкиным кинулись к нему, чтобы поддержать, боясь, что старлей не удержится на ногах и упадет.

— Все хорошо, спасибо, — жестом показал им Таран остановиться, — не стоит.

Когда старшие сержанты вернулись на свои места, Таран все же встал ровно, сохраняя офицерскую выправку.

— Значит, приказ будет такой, — начал он ровным уверенным тоном, — держаться будем до прибытия подкрепления. Всеми силами оборонять Шамабад. Отход к опорнику только в крайнем случае. Позиции мы удержим. Вопросы?

Начзаставы прошелся по всем хмурым, очень жестким взглядом командира. Все молчали.

— Вопросов нет. Очень хорошо, — наконец заключил он.

* * *— Они держаться крепко, — надул Ноздри Имран и глянул туда, где стоял Шамабад.

Взгляд его не смог пробиться сквозь темноту ночи. Застава шурави тонула в ней и отсюда, с берега Пянджа, была совершенно не видна.

Отступившие духи закрепились почти у реки, за системой. Они отдыхали, пополняли боезапас. Стягивали к берегу раненых и мертвых, кого в силах были забрать с поля боя.