Жажда

– Там сейчас никого нет. Ребята на вечерней тренировке.

- Т-ты уверена? – кусает губы и моргает, будто пытается сдержать слезы. – Нас же никто не подслушает?

- Все хорошо, пойдем.

Я не стану впускать ее в комнату, еще подложит нам какую-нибудь дрянь. От Алисы можно ждать любые гадости, а Карина ей во всем подчиняется.

- Рассказывай, - говорю я, стоит нам присесть на диван и оказаться в полном уединении."

"- Он хочет меня… использовать. Как… шлюху. Я думала у нас серьезные отношения, а он захохотал и сказал готовиться к групповой вечеринке. Знаешь, что это такое? Он пустит меня по рукам, а я… я даже никогда не… я совсем не такая, как кажется.

Девушка всхлипывает, закрывает лицо ладонями и начинает давиться рыданиями. Ее истерика выглядит настолько натурально, что пропусти я тот разговор в туалете, точно бы поверила в эффектное представление.

Гадко. Отвратительно. А уж то, как эти девчонки решили использовать себе на пользу историю с Ариной, вообще вызывает дрожь омерзения.

Девушка продолжает лживый рассказ, а не могу заставить себя слушать.

- Ты знаешь, почему закрыли Арену? – спрашиваю я.

- Конечно, - кивает она, смахивая вымученные слезы. – Все знают.

- Но ты должна разбираться лучше, - заявляю, действуя наугад. – Ты девушка не из простой семьи. У вас всегда больше информации. Или я ошибаюсь?

- Ну я, - сглатывает и медлит, даже всхлипывать забывает, но быстро возвращается к роли: – Ой, Соня, ты же видишь, тут всем девушкам тяжело. И если посмотреть, что я сейчас переживаю, то выходит, моя семья самая обычная. Без влияния. Деньги есть, но важно еще происхождение. Элита. И я… я наверное, не дотягиваю.

Теперь я совсем не верю Карине. Видно, что каждое слово дается ей с огромным трудом.

- Ты хочешь помощи, - бросаю холодно. – Ничего не бывает просто так.

В глазах девушки полыхает шок. Она открывает рот, но не спешит говорить.

- Расскажи что-то интересное, - требую. – То, что большинству неизвестно.

Обалдеть. Я выражаюсь почти как Алиса. Тянет прикусить язык и сбросить эту дурацкую маску.

- И тогда ты поможешь? – шмыгает носом Карина. – Дашь мне защиту? Ну просто все вокруг боятся Захара. И я… подумала, может, он слегка припугнет…

- Говори.

- Ты права, - девушка вытирает слезы. – Мне известно чуть больше. Мой отец тогда работал в прокуратуре, он же не сразу стал судьей. В общем, детали дела держали в секрете. Все знают, что произошло, но никто не в курсе причин, как преподаватель оказался на Арене, причем в период каникул. И главное – зачем взял туда сына, еще и в день его рождения.

Она кусает губы и снова оглядывается по сторонам, подсаживается поближе ко мне и практически шепчет на ухо:

- Ребенка похитили. Это поняли, когда в кармане погибшего преподавателя нашли записку с требованием явиться в «Клетку».