Жажда

– Дебильное прозвище. Трудно придумать что-то тупее.

- «Ангелы Ада», - бросаю глухо. – Ты хотел примкнуть к ним.

В глазах Захара сплошная чернота. Никогда прежде я не видела его настолько злым. Парень весь на взводе.

- Забудь про своего Сталкера, - чеканит он.

- Про тебя? – не выходит удержаться от провокации.

Его пальцы вплетаются в мои волосы, принуждая запрокинуть голову назад. Взгляд буравит, пронизывает насквозь. А я могу думать лишь о том, как идеально совпадает один образ с другим. Оба байкеры. Опасные. Угрожающие. Оба в одинаково хорошей физической форме. Скверный характер. Шрам на брови. Темный цвет волос. Столько деталей сходится, что страшно становится.

- Я уничтожу каждого, кто встанет между нами, - заявляет Захар.

- Минуту назад ты собирался отправить меня подальше отсюда.

- И что? – темные брови сходятся над переносицей. – Это не значит, что ты можешь гулять с кем попало и раздвигать ноги перед другими парнями.

- Сдурел?!

Я залепляю парню такую звонкую пощечину, что мою ладонь обдает кипятком, а в ушах шумит.

- Сучка, - от его ухмылки хочется мигом дать деру.

- Сам ты… сучка, - шиплю возмущенно, а потом кричу: - Придурок! Пусти меня сейчас же. Пусти!

- Размечталась.

Он бросает меня на кровать и наваливается сверху. Грубым толчком заставляет раздвинуть ноги. Зажимает запястья одной ладонью, удерживает мои руки над головой.

Я напрягаюсь, натягиваюсь как металлическая струна. Цепенею от жгучего холода, который мигом растекается по венам. Но Захар прикладывается губами к моему горлу, проходится голодным ртом по чувствительной коже так, что у меня глаза закрываются и пальцы на ногах поджимаются.

- Что ты творишь? – бормочу. – Что…"

"Он меня зацеловывает. Жадно. Страстно. Порочно. Я не успеваю понять, как расслабляюсь, и не замечаю, как моя одежда отлетает прочь.

- Захар, - всхлипываю. – Пожалуйста.

- Хочешь, чтобы я прекратил?

Я молчу, только судорожно сглатываю, безотрывно глядя в его горящие глаза. Одержимые глаза дикого зверя, который жаждет меня растерзать.

Захар выдает грязное ругательство и отталкивается от матраса. Отстраняется, укладываясь рядом со мной, но при этом не касаясь моего тела. Издает бешеный рык, забрасывает руки за голову и устремляет взгляд в потолок.

Вид у него жуткий. Мышцы напряжены, вены вздуты. Полумрак добавляет особый контраст, подчеркивает каждый мускул. Челюсти крепко сжаты, стиснуты до боли. Скулы резко проступают под гладкой кожей.

Я не знаю, что сказать. Складывается полное ощущение того, что любая моя фраза может повлечь мгновенный взрыв. Сейчас даже дышать страшно становится.

Но тут напряженную тишину разрывает хриплый голос Захара.

- Я не говорю про семью, потому что это вообще не то, о чем я хочу говорить. Нет у меня никакой семьи. Только брат.