Жар огня

Я вскочила, а он с непроницаемым лицом сказал, что моргус лучше пересадить в тень и дать больше влаги. В тех местах, где он растет, в это время года дождливо. Не знаю, удалось ли мне скрыть смятение, ведь это был первый раз, когда Асхан буквально вторгся в мое личное пространство, но мне очень не понравился его изучающий, внимательный и немного задумчивый взгляд.

Меня чуть удар не хватил, когда после этого инцидента эльф заявился ко мне с визитом, принеся в виде подношения пирожные из самой дорогой кондитерской города. Узнал откуда-то, что я люблю сладкое. В комнату я его не приглашала, да и он не ждал, просто пожелал мне скорейшего выздоровления и посоветовал добавлять к укрепляющему отвару одну травку, которая способствует скорейшему восстановлению после магического истощения.

Ее Асхан мне тоже вручил, сказав, что доставили ему из дома, из их личной оранжереи.

Хорошо еще, что Харн с Кайлом эльфа не застали! Они и так подшучивают надо мной из-за него, рыжий так вообще заявил принцу, что в моем маскараде есть плюсы. Дескать, иначе с эльфа бы сталось еще и руки моей у него попросить. Это не способствовало хорошим отношения между Асханом и моим опекуном.

Последний старался вообще его игнорировать, а при необходимости разговаривал этак холодно-вежливо, держась настолько высокомерно, что любому эльфу мог дать сто очков вперед."

"Я не выдержала и спросила у Харна, почему из всех троих, лежащих на алтаре, только эльфу взбрело в голову решить, что мы арманте. Признаться, частое присутствие рядом Асхана порядком меня нервировало. Мы даже во время подготовки к играм приятелями с ним не стали, он держал со всеми дистанцию, а тут такая напасть.

Да-да, изменившееся отношение эльфа я именно как напасть и воспринимала. Мой опекун ответил, что не знает, как насчет Темнейшего, а вот Сольен и Сарияр и без всякого арманте, не задумываясь, прикроют мне спину. Я всегда могу рассчитывать на их помощь. Что касаемо эльфа, то тут роль сыграли особенности остроухих, их непомерная гордость и высокомерие. Быть обязанными человеку для них унизительно, и они предпочитают отдавать такие долги.

Как бы там ни было, но все это показалось мелочью после того, как однажды вечером Харн зашел ко мне с таким лицом, что я сразу поняла – случилось ужасное, и, встревоженная, вскочила с места, отложив учебник.

– Нэйтан пропал.

Я судорожно пыталась сообразить, кто это такой, но следующие слова все прояснили:

– Он руководил проверками заброшенных храмов Мороса. Случился прорыв. Его отряд почти весь уничтожен.

Харн говорил отрывисто, пребывая в шоковом и каком-то растерянном состоянии. Никогда его таким не видела.

«Брат. Старший!» – обожгло меня. Вспомнилась наша встреча в библиотеке. Мое сердце сжалось в тревоге.