Жена лучшего друга
Я всегда презирал тех, кто спит с чужими жёнами. Презирал, потому что чужая женщина — использованный товар. Я был принципиальным до тех пор, пока не встретил ту, которая принадлежит лучшему другу. Его жена, его любимая, его жизнь. Она стала для меня вселенной, моим персональным адом. Она сломала меня, раскрошила мои принципы, разбила вдребезги устои.Я думал, что это не любовь… нет… похоть, страсть, звериный инстинкт. Я надеялся, что смогу это побороть, пройти и забыть. Получу её в свою постель… всего раз, но она будет моей, и потом я её отпущу. Выкину из головы и забуду. Наивный! Нельзя забыть ту, которая была лучшей. Она была моей…
Среди этого шума и гама, недовольного выражения лица матери, которая только ещё больше нагнетала обстановку.
— Хватит! — быстро прекратил её попытки «вразумить» меня. — Поговорим потом.
Подошёл к Вике, бережно заправил выбившийся из её причёски локон, вздохнул, поднял на руки и понёс в комнату, которая когда-то давно была моей. Уложил её на кровать, укрыл пледом, поцеловал и вышел. Понимал, что сейчас будет ещё трудней. Отец понял, но я не мог сказать, что ему нравилась вся эта ситуация. Скорее нет, чем да.
Вернулся в гостиную. Мать с отцом снова спорили.
— Я её люблю, — уверенно произнёс. — Хотите вы этого или нет, примете или решите отказаться от меня — не суть. Я её не оставлю! — твёрдо произнёс, зная что действительно так и будет. Родителей я люблю, но идти у них на поводу, потакать их желаниям не собирался. Я не вижу проблемы в том, чтобы быть с Викой.
— Артур, — снова мама… господи, неужели это никогда не закончится? — послушай… Вика неплохая, но… она ведь старше.
— Да срать я хотел на возраст, мама, — не выдерживаю. Ну, правда, сколько можно уже?
— Перестань, Инесса, — отец прекращает нашу перепалку. Сижу, не понимая, чего от меня хотят… мать и так понятно, что не примет её, а отец… — Я не знаю всей ситуации, — наконец, отец решает поговорить, — но девушка мне понравилась, спокойная, милая, простая и…
— Что? — мама не выдерживает, вскакивает и принимает воинственную позу.
— Сядь и успокойся, — тоном, не терпящим возражений, произносит папа. Он умеет подминать под себя как конкурентов, так и маму. Она присела, замолчала, но было заметно, что недовольна. — В общем… если ты уверен, что это твоё — почему бы и нет? Муж там непростой… разберёмся… поговорим, если нужно, чтобы нервы не трепал.
* * *Отец уехал по неотложным делам, Вика всё ещё спала, а мне пришлось остаться с мамой. Я её любил, уважал, но она никогда не признавала ошибки. До конца разбивала лоб в кровь, доказывала что-то практически с пеной у рта и продолжала твердить одно и то же даже если была неправа. И вот сейчас я ожидал очередной атаки с её стороны.
— Артур, послушай меня, пожалуйста.

















