Железное пламя

Аэтос нервно отвел взгляд, как ему и положено.

– Она позвала пару, – прошептала Сорренгейл. Видимо, кто-то проинформировал ее о брачных узах Тэйрна и Сгаэль.

«С каких это пор ты волнуешься из-за человеческих женщин?» – усмехнулась Сгаэль.

«Я в ярости, а не в волнении», – поправил я ее.

И подтвердил вслух:

– Она не любит, когда задирают слабых. Но не принимай это за проявление доброты по отношению к тебе. Она просто любит маленького дракончика. К сожалению, Тэйрн выбрал тебя сам.

– Проклятье, – пробормотал Аэтос, наконец-то собравшись с мыслями.

– Один в один мои мысли. – Я покачал головой, глядя на командира отряда. – Сорренгейл – последний человек на Континенте, которого я хотел бы приковать к себе. Так что я ничего не делал.

На том поле мое отношение к Вайоленс за одну секунду изменилось с «может, убью, а может, и не убью» на «защищу любой ценой».

И не потому, что она умна, красива или способна в хлам разнести мой тщательно выстроенный самоконтроль. Хотя она, безусловно, обладает всеми этими качествами. Нет. У меня не было выбора. Тэйрн принял решение за меня.

– И даже если бы я и правда вмешался, – я шагнул ближе к Аэтосу, и, к его чести, он не отступил, когда я навис над ним, – ты бы действительно выдвинул обвинения, зная, что я спасал женщину, которую ты называешь своим лучшим другом?

В какой-то момент Сорренгейл придется признать, что ее дружок детства превратился в Басгиате в того, кого она совершенно не знает.

Ответное молчание Аэтоса было охрененно восхитительно, и оно говорило само за себя.

– Существуют… правила, – заикаясь, пробормотал он, изо всех сил стараясь смотреть мне в глаза, хотя я находился всего в паре дюймов от него. Странное время выбрал Даин, чтобы вырастить в себе стальной стержень, но все же молодец.

– И чисто из любопытства я снова спрошу, ты бы, скажем так, нарушил эти правила, чтобы спасти свою драгоценную маленькую Вайолет на той поляне? – Ее имя странно перекатывалось на моем языке, мягче, чем прозвище, которое я предпочитал.

«Это жестоко, даже для тебя», – заметила Сгаэль с легким оттенком веселья.

«Жаль, что это причиняет ей боль, но придется закалиться, чтобы выжить в нашем партнерстве. И Аэтос не может быть рядом с нами».

«О, так мы не вспоминаем, что ты уже двинул на помощь, когда приземлился Тэйрн? – проворчала она в ответ. – И если бы не он, обвинения этого Аэтоса были бы обоснованны?»

«Меня вел инстинкт, чтобы защити…»

«Давай не будем ставить друг друга в неловкое положение и не позволим тебе не закончить».

Я, блядь, ненавидел, когда она так делает. Сгаэль – единственное существо на Континенте, у которого язык острее моего. Ну, наверное, еще Вайоленс могла дать ей фору.