Жестокий бог

Мои руки были липкими, а пальцы дрожали, но мне нужно было закрыть его рану.

– Большинство твоих дисков группы The Smiths. – Он схватил бутылку виски с края ванны и сделал большой глоток.

Это был первый раз, когда я видела, как Вон пьет – не просто алкоголь, а вообще. Что было странно."

"Я не ответила, поднося иглу к основанию его раны. Он зашипел, но уставился прямо на то, что я делала, наши головы соприкоснулись, когда мы сосредоточились на движении моей руки. Когда игла в первый раз пронзила его кожу, выйдя с другой стороны, я с облегчением выдохнула. Несколько секунд я не дышал.

Смертный, в конце концов. Плоть и кровь, неуверенность и секреты.

Я снова передвинула иглу, осторожно зашивая рану хлыстом, убеждая себя, что кровь ненастоящая и весь этот момент был кошмаром, от которого я собиралась проснуться. Это помогло мне сохранить хладнокровие.

Как Вон ставил меня в такие ситуации, я понятия не имела. Но я заметила закономерность. Он всегда это делал, когда приходил ко мне. Он бросал неприятности на мой порог, как неукротимый кот дохлых мышей. И глупая девчонка, которой я была, всегда открывала дверь и впускала его.

Вон сделал еще один глоток виски.

– Чем ты занимаешься весь день? У тебя нет никаких друзей. – Он смотрел на меня и говорил скорее скучающим голосом, чем ядовитым.

Домашним заданием. Искусством.

– Ты тоже ни с кем не трахаешься. Не пытайся мне врать. У меня везде есть глаза и уши. Ты просто разъезжаешь в одиночку, как неудачливый водитель Uber.

И вот оно. Злоба.

Он застонал, когда я вонзила иглу без обычной осторожности. Я не оценила его вопросы. Когда он понял, что я нарочно причинила ему боль, то ухмыльнулся.

– Держись за свою девственность, малышка. Прекрасный принц – это всего лишь книга фэнтези и вибратор на расстоянии.

– Пошел ты, Вон, – прорычала я.

– Я уже обдумываю это. Ты будешь моим делом на добровольных началах. Не настоящий секс, но ощущение твоей руки на моем члене больше не вызывает у меня желания блевать.

– Ну, меня от этого тошнит, так что это все еще не обсуждается.

Я снова вонзила иглу сильнее, и он засмеялся, отпил еще немного и поставил бутылку обратно на гранитную поверхность. Она соскользнула и почти выпала из его руки. Он поймал ее в последнюю минуту.

– Хочешь кое-что узнать? – он взглянул на дно бутылки с виски.

Нет.

– Ты красивая.

Я замерла, игла зависла в воздухе над его кожей. Лучше бы он этого не говорил. Потому что, если бы он этого не сделал, мне не пришлось бы жить со стыдом от того, что мое сердце почти разрывается от сладкой, дымчатой боли. У меня перехватило дыхание, и мне пришлось сглотнуть и снова сфокусировать взгляд на его ране.

Он пьян, и ему ужасно больно. Он не это имел в виду.

– Это красота с медленным возгоранием.