Жизнь за жильё. Книга вторая

 — Николай, тебе стыдно стало, и ты захотел что-то мне сказать?

Подозреваемый в совершении преступления средней тяжести кивнул головой.

Вера Ивановна протянула конфету со стола:

— На, Коля, конфетку. Если стало стыдно и думаешь о матери, ты ещё не потерянный человек.

— Вера Ивановна, покурить бы.

— Коля, для твоего неокрепшего организма никотин вреден. Ешь конфету. И теперь скажи, зачем ты взял чужие вещи? Ты же знаешь, что чужие вещи брать нехорошо. Знаешь или нет?

Николай опять утвердительно покивал головой.

Следователь продолжила:

— Коля, если бы тебя в самом деле ночью поезд переехал, как бы ты домой добрался?

— Серёга бы дотащил.

— Так вас двое было? Коленька, посмотри мне, пожалуйста, в глаза. Ты маму любишь?

— Люблю

— У тебя даже на руке написано: «Не забуду мать родную». Коля, а твоя мама сидит сейчас в коридоре и плачет. Вот что мне ей сказать? Что ты, Коля, плохой?

— Я всё понял, Вера Ивановна.

— Тогда больше не будем обманывать тётю Веру, и будем говорить правду и только правду.

По окончании допроса Коля был награждён сигаретой и отправлен в камеру ИВС.

Старший следователь Воропаева поставила чайник, следователь Марченко аккуратно вынул из портфеля небольшую упаковку крохотных пирожных «Ленинградский набор».

Коллега удивилась:

— Ромочка, откуда такая роскошь?

— Вера Ивановна, да я с утра специально в «Метрополь» забежал. И вам привет от мамы!

Ещё когда семья Марченко жили в центре, мама Романа работала в одной школе с будущим следователем. Мир удивительно тесен, а Санкт-Петербург маленький провинциальный городишко, где его граждане постоянно сталкиваются по жизни друг с другом. И воспоминания о молодых годах всегда самые приятные…

— Ой, маме тоже от меня приветик! Как она там, всё русскому языку учит?

— И литературе, — улыбнулся примерный сын.

Чай был разлит, первые пироженки съедены, и следователь Марченко приступил к главному:

— Вера Ивановна, у вас в производстве имеется одно уголовное дело по части 2 статьи 147, там проходит некий Харитонов. Это мой одноклассник и школьный товарищ. Нас мама вместе учила.

Роман правильно выбрал начало тактики разговора, где ключевыми словами были: школа, одноклассник, учёба и мама.

Бывший педагог вздохнула:

— Учила, учила и недоучила! Рома, они же хотели обмануть на квартиру брата нашей Клавдии Петровны, в дежурной части у нас работает. Разве так можно, оставить без единственного жилья пожилого человека?

— Так нельзя, Вера Ивановна… — В ответ вздохнул следователь Марченко. — Но я Володю с детства знаю, выросли вместе. Вот не верю я, что он мог сам пойти на такое преступление. Наверняка, кто-то сбил его с правильного пути.

Следователи допили чай, остаток сладкого набора хозяйка кабинета убрала в шкафчик.