Злые чары Синей Луны
О тех временах сложено много сказок и легенд. Но в рассказанной истории от начала до конца чистая правда…Хейвен — город, где хозяйничают колдуны, демоны и норы, где на улицах лучше не задерживаться с появлением темноты…Лесное королевство, еще не оправившееся от Войны демонов, но в котором Зло опять набирает силу…Два героя — супруги, партнеры, непревзойденные бойцы, которые очистят Хейвен от нечисти и не позволят злым чарам поработить Лесное королевство.
Сядь со своими солдатиками и не беспокой нас, иначе мы с Фишер скрепим твои верительные грамоты чем-нибудь большим, тяжелым и остроконечным.
Таможенный офицер грустно повиновался. Чанс покачал головой и настойчиво поманил Хока и Фишер к себе, желая отойти с ними на некоторое расстояние. Капитаны приблизились к нему, вытирая с оружия кровь обрывками грязной тряпки. Чаппи улегся рядом с подавленными наемниками и не сводил с них исполненного надежды взгляда — просто на всякий случай. Квестор понизил голос, но тон его был жестким и суровым:"
"— Очень неразумно.
— Так лучше всего, — спокойно заметила Фишер.
— Если я и научился чему-то за время пребывания в Лесном королевстве, — добавил Хок, — так это тому, что надо стараться произвести впечатление сильного, или тебя растопчут. Если мы с Изабель станем вести себя так, словно имеем право ругаться и раздавать тумаки, то все остальные нам это позволят. Мы являемся Рупертом и Джулией по доверенности, и люди будут относиться к этому с уважением до тех пор, пока мы держимся соответственно.
— А если нет? — спросил Чанс.
— Тогда мы начнем сбрасывать их с бастионов замка, пока не поумнеют.
— Хотелось бы мне думать, что вы шутите, — вздохнул юноша. — Не могу обещать, что сумею защитить вас. Я всего лишь квестор.
— Все в порядке, — утешил его Хок. — Мы изрядно поднаторели в искусстве самообороны. Побеспокойся лучше о том, чтобы защитить королевский двор от нас.
— Я уже беспокоюсь, — откликнулся Чанс. — Поверьте, я уже беспокоюсь об этом.
Оставив позади догорающие палатки таможни, они пустились в путь через Лес.
Стояло лето, и огромные ветви деревьев гнулись под тяжестью листвы.

















