Злые чары Синей Луны

— Ладно, твоя взяла, — неохотно признала она. — Руперт и Джулия…

— …не приедут! — отрезал Хок, вставая между королевой и герцогом. Фишер тут же оказалась рядом и гневно уставилась на своего отца. — Мы с Фишер расследуем это убийство и найдем виновного. Мы никуда не уйдем. Мы нужны здесь. Хотя бы просто потому, что мы здесь единственные незаинтересованные лица. Так что отвали, Старлайт, или я обрежу тебе подтяжки.

Герцог молча смотрел на него. Очевидно, прошло очень много времени с тех пор, как ему осмеливались открыто бросать вызов.

— Кстати, а что это вам вдруг захотелось снова повидать свою дочь Джулию, герцог Арлик? Разве давным-давно вы не приговорили ее к смерти?

Герцог пожал плечами:

— Она ослушалась меня.

Она меня разочаровала. А поскольку у меня имелось еще семь дочерей, надо же было как-то держать их в узде. Поверьте, Джулия не из тех, кто делает то, чего от них ждут. Может, она просто боится снова показаться мне на глаза.

Фишер ухмыльнулась:

— Очень сомневаюсь. Она видела Черный лес, Долгую ночь и князя демонов. После всего этого старик, который не разваливается только благодаря бечевке и сургучу, вряд ли представляет для нее серьезную угрозу.

— Я — суверенный монарх Герцогства под горой. Вы не смеете говорить со мной в таком тоне.

— Еще как смеем, — возразил Хок. — Вы не первый правитель, кого мы осаживаем, и не последний. У вас нет над нами власти. Мы — Хок и Фишер. И мы не перед кем не преклоняем колен.

— Правда-правда, — поддакнула Фишер.

Герцог Арлик повернулся к своим гвардейцам:

— Убейте их.

Герцогская гвардия вытащила мечи и молча, сосредоточенно бросилась вперед. Хок и Фишер выхватили оружие и пошли им навстречу.

Прочие, разинув рты, наблюдали, как сшиблись мечи, брызнула кровь — и пришельцы втоптали в грязь двадцать гвардейцев. Чанс прыгал вокруг потасовки и причитал: «Только никого не убивайте! Пожалуйста, не убивайте их!»

Горские гвардейцы были тренированными, опытными солдатами, но не смогли тягаться с Хоком и Фишер, которые повзрослели при гораздо более жестких условиях, чем люди герцога вообще могли себе представить."

"Вскоре и на полу, и на одежде придворных оказалось много крови. Повсюду валялись раненые и оглушенные гвардейцы. Немногие оставшиеся побросали мечи и сдались, вопреки гневным приказам своего герцога.

Хок и Фишер с тихим удовлетворением огляделись, очистили клинки от крови и убрали их в ножны, не потрудившись даже взглянуть в сторону Арлика. Сэр Роберт Хок начал аплодировать и большинство придворных присоединились к нему. Королеве Фелиции явно очень хотелось сделать то же самое.

Чанс приблизился к Хоку и Фишер и тяжело вздохнул:

— Неужели вы двое ни с кем не можете поладить?

— Мы ведь никого не убили, — невинным тоном возразил Хок.