Злые чары Синей Луны

 — Хаос-магия — всего лишь жалкая половинчатая попытка создать магию, которая работала бы как наука. Ни рыба, ни мясо. В ее основе лежит несколько неплохих идей, но собственно наука скоро сметет ее со своего пути. Наука — это вещь, которая каждому понятна и которой можно научить любого и всякого. Нет, помяните мое слово, на протяжении жизни ближайших десяти-двенадцати поколений магия уйдет окончательно и мир станет куда безопаснее. И скучнее. Все мифы и чудеса вселенной заменят механизмы и приспособления. Удобные, красивые, искусно сделанные, но бездушные по своей сути.

Ни драконов, ни единорогов…

— Ни демонов, ни их князя? — добавил Хок.

Магус метнул на него острый взгляд.

— Молодец. Да. Уловил суть. Научившись контролировать мир с помощью науки, человек положит конец главной угрозе для своего существования. Вы изгнали князя демонов при помощи Дикой магии Радуги, но он может вернуться. Он — Переходное Существо, один из нерожденных, лишенных души, охотник на краю реальности, олицетворение отвлеченной идеи. Будучи Переходным Существом, он не может быть уничтожен окончательно, пока существует магия.

Идеи бессмертны. Но замените магию наукой — и он больше никогда не вернется, потому что эта грань мироздания окажется закрыта для него и ему подобных. Он больше не сможет здесь существовать — ему попросту не позволят этого научные законы вселенной.

— Переходные Существа? — переспросила Фишер. — Вы хотите сказать, что существуют еще другие твари, подобные князю демонов?

— Разумеется, — ответил Магус. — У любого абстрактного понятия, идеи или мифа имеется некое магическое существо, которое его олицетворяет. Это часть нынешней реальности.

Что естественным образом подводит нас к проблеме Синей Луны.

— Правда? — перебил Хок. — Притормозите, Магус, я что-то не поспеваю за ходом ваших мыслей.

— Верно, — согласилась Фишер.

— Синяя Луна, — терпеливо повторил чародей. — Вы никогда всерьез не задумывались о ее природе и назначении, правда? Что она такое и для чего нужна?

— Мы были слишком заняты, пытаясь остаться в живых! — рявкнула принцесса. — Единственный, кто действительно что-то знал о ней, — это Верховный маг. А он, как правило, был слишком себе на уме.

Или чересчур безумен, чтобы объяснять хоть что-то.

— Ах да, Верховный маг. Какая жалость, что мне не представилось случая познакомиться с ним! Замечательный ум, по общему мнению.

— А вот Чанс говорил, что вы отрекомендовались избранным преемником Верховного мага, когда впервые явились ко двору, — прищурился Хок.

— А, это, — беспечно отозвался Магус. — Я солгал. Я иногда так делаю. Но уверен — если бы нам с Верховным Магом довелось встретиться, старик непременно выбрал бы меня своим преемником.