Жрец Хаоса. Книга III

Цена, может быть, конечно, велика, но постарайся по ходу сожрать как можно меньше от самой княгини», — мысленно произнёс я для своего внутреннего голода.

Послышалось глухое ворчание в сознании и неудовольствие, однако же резкого протеста я не увидел.

«Своя стая, своя кровь. Свой род — её нельзя трогать».

Последние слова нашли более живой отклик. О том, что своих жрать нельзя, со мной полностью согласились. И лишь после такого, скажем так, внутреннего диалога я рискнул протянуть руки и наложил их между лопатками бабушки, выпуская своё личное голодное существо в пустоту.

Как там назвала меня Эсрай на манер альбионцев — «Войд-лорд»? Если сократить до «Войда», то вполне подходящее название для личности… или для пустоты, проживающей внутри меня.

— Будешь Войдом? — поинтересовался я у собственного «пустотного» я.

В ответ пришла волна недоумения, затем — задумчивости, после — нерешительного согласия.

«Тогда вперёд! Давай уничтожим эту дрянь и подарим бабушке свободу!»"

"Я впервые почувствовал хоть что-то во время применения магии пустоты. Это было ощущении потока и лёгкого покалывания, как при воздействии на виверну или хама-аристократа, обижавшего Эльзу на нашем посвящении. Только сейчас я осознал, какими ресурсами смог воздействовать на противников. Тщательно запомнив ощущение, я сосредоточился на текущем моменте. Поток пустоты, вырвавшийся из ладоней, принял форму множества мельчайших пастей и вгрызался в Елизавету Ольгердовну — а если быть точнее, то в ту дрянь, которая попыталась мимикрировать под её энергетическую структуру.

Княгиня застонала и лишь крепче сжала зубы. Вслед за тем к бабушке потянулась волна целительской магии от Эльзы. Однако же, как я заметил своим магическим зрением, целительство не помогало. Да, оно снимало боль, но в то же время залечивало и те микроранки, которые создавались Войдом для выгрызания благословения.

— Эльза, прекрати, — обратился я к княжне.

Та вскинула на меня испуганный взгляд и посмела возразить:

— Но ей же больно!

Я обернулся к княгине, у которой на глазах выступили слёзы:

— Терпите. Лекарская магия Эльзы залечивает всё то, что делаю я. Вам придётся терпеть это наживо или толка не будет.

Княгиня лишь судорожно дёрнула подбородком, соглашаясь, и изумрудная лекарская магия втянулась обратно в Эльзу.

А Войд создавал всё больше и больше маленьких пастей, которые точечно, словно тончайшим скальпелем, надрезами отделяли сущность благословения от энергетической структуры княгини. Без крови, без каких-либо визуальных эффектов шла борьба, причём борьба эта была между моей силой воли, силой воли княгини и отчаянным сопротивлением дряни, подросшей и укрепившейся за четверть века.