А что вы хотели от Бабы-яги

Правда, один из них не принимал участия в этом процессе, а сладко спал на кровати, и я старалась ступать как можно тише, чтобы не разбудить его, а то нравоучений и мяуканья не оберешься.

Удивительно, но внизу кто-то был. Интересно, кому еще не спится в ночь глухую? Не князю точно, он вообще как уехал с утра, так и не появлялся еще. Оказалось, Виктору и Елисею. Они сидели в креслах в уютном уголке, а перед ними на низком столике стояла початая бутылка вина. Судя по тому, что каждый глаз у них жил собственной и отдельной от своего собрата жизнью, бутылка была далеко не первой.

– Ой, Баба-яга идет, – расплылся в пьяной улыбке королевич, первым заметив меня на лестнице.

– Прячемся, – скомандовал Виктор и попытался нырнуть под кресло, но зацепился за подлокотник и рухнул на пол вместе с несчастным предметом интерьера. Из-под стола выкатилась уже пустая бутылка и скорбно замерла возле ног королевича. Тот задвинул ее в ближайший угол, чтоб глаза не мозолила, и снова уставился на меня.

Я вытаращилась на них с открытым ртом. Во дают!

– Вы чего? – осторожно поинтересовалась я.

– Мы того… нормально… – Виктор выполз из-под кресла и теперь пытался привести его, и себя заодно, в нормальное положение.

Преуспел он в этом только с третьей попытки.

– С какого… вы решили напиться?

– Да вот, дождь навеял.

– На меня тоже, – тяжко вздохнула я.

Елисей по умолчанию выудил откуда-то еще один бокал, молча налил и протянул мне. То, что оба были уже в той кондиции, когда неважно кому и сколько наливать, главное, чтобы пили, – это и так понятно. И что будет потом, их волновало не сильно. Здесь и сейчас – вот главный девиз напивающихся. А я так позавидовала их тупо улыбающимся лицам, что даже не подумала о возможных последствиях и залпом выпила.

Вино оказалось кисловатым и слишком для меня крепким, но я старалась не морщиться под внимательными взглядами двух начинающих алкоголиков. Да гори оно все синим, или каким там обычно положено, пламенем! Могу я, в конце концов, хоть раз за последнее время расслабиться по-человечески? Сколько можно? И я протянула бокал за добавкой.

– За что пьем? – все-таки удосужилась спросить я."

"– За тебя! – выдал «гениальную» идею королевич.

– Значит, за меня только пить и остается, да? – прищурилась я.

– Опять ей не нравится, – возмутился Виктор. – Тогда за любовь. С ней, говорят, всегда приятно шагать по жизни.

Идея мне не очень понравилась.

– Ну ее к лешему, эту любовь, – махнула я рукой, ощущая какой-то подозрительный шум в голове, но продолжая стойко держаться. – От нее одни неприятности.

– Эт-то точно, – поддержал меня советник, откусывая от общего, в единственном экземпляре покоившегося на тарелке бутерброда с сыром, украшенного какой-то зеленью.