50 и Один Шаг Ближе

Ник быстрым шагом подходит ко мне и, присаживаясь на корточки, берёт мои руки в свои."

"– Давай, крошка, слушаю тебя, я помогу тебе, – просит он. Шторм активизируется и, цокая лапами, подходит к нам, утыкается мордой в моё бедро, как будто поддерживая меня, пытаясь придать уверенность, и это вызывает улыбку.

– Я не прячусь просто мне так комфортней, – подаю я голос.

– Правду. Хочу услышать правду от тебя. Будь честна со мной, как и я с тобой. Доверие, Мишель, я тебе доверяю, так откройся мне, я обещал защищать тебя и заботиться. Только должен знать, отчего мне тебя прятать за собой, – он немного сжимает мою руку, и я поднимаю взгляд на него.

Его глаза полны ожидания и Ник улыбается мне, подталкивая к пропасти.

Двадцать второй шаг

Глубоко вздыхаю и киваю ему, собирая воспоминания по кусочкам.

– Мне было шестнадцать. Моё окружение состояло из ребят моего круга, и только. Отец нашёл для меня парня, сына одного из своих друзей, и я принимала это, всегда принимала беспрекословно. Мне всю жизнь вбивали в голову, что должна им за красивую и хорошую судьбу. Только я увидела эту «хорошую» жизнь во всех её красках: наркотики, алкоголь, смерти.

Мой парень умирал у меня на руках с сильной передозировкой. Другие ребята, что были там, разбежались как тараканы, оставив одну с едва дышащим телом. Я вызвала скорую, и нас забрали, парень скончался той же ночью, а на меня повесили распространение и употребление наркотиков. За неимением улик и после моих чистых анализов отпустили из камеры временного пребывания, я прожила там два дня. Отцу пришлось выложить огромную сумму, чтобы закрыть это дело и вытащить меня оттуда навсегда, а также избавиться о любых упоминаниях о моей причастности к смерти Теренса. Тогда я решила, что уж лучше быть среди обычных, чем среди своего окружения. Резко сменила круг общения, свои мысли, правила и табу. Единственная, кто поддерживал это Сара, а в итоге и она меня предала. Вот и всё, – усмехаюсь воспоминаниям и моей детской наивности, что мир прекрасен и деньги самая важная часть в нём, без которых никто не выживет. Слёз больше нет, выплакала все за три года из-за этого случая.

– Ты винишь себя в том, что какой-то придурок не знал свою дозу? – Ник встаёт и пересаживается на диван, притягивая меня к себе и обнимая.

– Да, должна была рассказать всё отцу или его родителям, но я хотела помочь. Я пыталась, но мне никто не верил, потому что деньги решают всё. Он был хорошим парнем, весёлым, смешил меня и делал глупости. Возможно, была влюблена в него, когда он был в нормальном состоянии, – отвечаю, и перед моими глазами предстаёт лицо с озорной улыбкой Теренса. Я прижимаюсь головой к плечу Ника и чувствую, как что-то изменилось внутри, стало легче.