50 и Один Шаг Ближе

Во-вторых, мне плевать на твоих нижних, можешь хоть сейчас ехать к ним за разнообразием. В-третьих, как я и сказала: ты сделал своё дело, теперь можем попрощаться. Без обид.

Произношу это всё твёрдым голосом и вижу, что это его злит. Но и я такая же, как и он, мне плевать на его смену настроения, потому что за свои слова надо отвечать.

– Без обид? – Цедит он и, хватая мои руки, с силой вжимает в постель.

– Ты делаешь мне больно, – также говорю я, встречая его яростный взгляд уверенно и гордо.

– Да я за твои слова хочу тебя выпороть. Положить на колено и дать по твоей аппетитной заднице, – шипит он.

– В мечтах, мистер Холд, потому что я не ваша Саба. Я сама по себе, – пытаюсь высвободить руки, но ещё крепче сжимает их.

– Мисс Пейн, не выводите меня из себя. Я не мальчик, чтобы так со мной разговаривать. И если будете продолжать ёрзать подо мной, то получите не только порванную девственную плеву, – предупреждает он, сделав толчок бёдрами в меня. Дёргаюсь, но это ещё больше будоражит мою кровь.

– А я не нижняя, чтобы вы позволяли себе приказывать мне и угрожать."

"– Сейчас вы подо мной, мисс Пейн.

– Мне это говорит о том, что кто-то решил меня убить, выдавив все органы из моего тела, – ядовито улыбаюсь я.

– Боже, пошли мне силы, потому что хочу тебя затрахать до смерти сейчас. Заткнуть твой ротик своим членом и выбить из тебя слова извинения, – его выражение лица меняется на игривое. Он выпускает мои руки и тут же скатывается с меня, ложась на бок рядом.

Цокаю и закатываю глаза, поворачивая в его сторону голову. Пора привыкнуть к таким выражениям, эмоциональной атаке на меня, безудержного желания, существующего между нами, и… вообще, привыкнуть хоть немного к нему.

– Мишель, запомни. Если я выбираю себе женщину, то не бегаю по другим источникам наслаждения. Для меня это неприемлемо, – твёрдо говорит он.

– А ты выбрал себе кого-то? – Мне хочется услышать от него это признание. Требуется для собственного эго.

– Ты издеваешься надо мной? – Изумляется он, я переворачиваюсь на бок лицом к нему и упираюсь локтем в подушку.

– Нет.

– Крошка, какая же ты… – он не договаривает и вздыхает.

– Какая?

– Маленькая, зелёная, юная, – находит он эпитеты.

– Неужели тебя моя наивная глупость не возбуждает? А я-то надеялась, именно это тебя так заводит, – наигранно ужасаюсь я.

– Меня всё в тебе возбуждает, – смеётся он, и я улыбаюсь, что снова слышу этот звук, а недавний инцидент благополучно забывается.

– Ты там хотел назвать имя женщины, которую выбрал. Я хоть цветочки пошлю, посочувствую, – напоминаю ему.

– А… пошла в дело ирония, – хмыкает он и садится на постели.