50 и Один Шаг Ближе

– Добрый день, мистер Холд, я готов принять у вас заказ, – молодой мужчина улыбается ему и заискивающе смотрит на него, а меня удостаивает мимолётным взглядом.

– Девушке «Цезарь» с лобстером и равиоли с шампиньонами, воду без газа с лимоном охлаждённую, но нехолодную. Мне салат «Капрезе» с «Моцареллой Буффало» и фирменную «Тальятелле» от шефа, свежевыжатый апельсиновый сок и воду без газа, – не смотря в меню, уверенно произносит Ник, и официант кивает, собирая у нас меню, и удаляется. Я могу сделать вывод как по встрече, так и по заказу, что он тут постоянный гость. Позволяю себе опустить взгляд и улыбнуться, мне нравится то, что заказал. Странно и интригующе.

Мне необходимо сейчас думать в ином ключе, поэтому оглядываю ресторан и отмечаю, кроме нас, вообще, никого нет. Ненавязчивые спокойные мелодии звучат над нами, и я немного расслабляюсь.

– Ты обещал рассказать, зачем преследуешь меня и ломаешь мне жизнь, – нарушаю я молчание.

– Верно, обещал, – кивает он. – Скажем так, ты меня сильно заинтересовала, Мишель. Очень сильно.

– Мило, – усмехаюсь такому заявлению. – Только у меня есть парень, и ты меня не интересуешь, Ник.

– Николас, – поправляет он меня.

– Ник, – упёрто отвечаю я.

– Николас, – уже жёстче говорит он.

– Ник, – широко улыбаюсь и понимаю, что ему не нравятся сокращённые имена, а мою кровь, наоборот, заставляет бурлить.

– Ты специально задеваешь людей, делая всё наперекор им. Зачем? – Он склоняет немного голову набок и ожидает от меня ответа.

– С чего ты взял, Ник? – Делаю ударение на его имени и ядовито улыбаюсь.

– Сделал выводы, полагаясь на наше недолгое знакомство, – спокойно отвечает он. – Вернёмся к твоему парню, как я помню, бывшему.

– Ошибаешься, сегодня попросила у него прощения за своё недостойное и постыдное поведение, и мы снова вместе, – я довольно растягиваю слова. – Тем более была слишком пьяна, чтобы понимать, кто рядом со мной. Я представляла его.

Он облокачивается локтем о стол и изучающе рассматривает меня, потирая подборок. Становится некомфортно от такого внимания, что появляется желание нагрубить или спрятаться под столом, ощущение, словно он хочет прочесть всю мою душу. Уличить меня во лжи.

– Что мне с тобой делать, крошка? – Это риторический вопрос, и я поднимаю голову, удивлённо приподнимая брови.

– Отстать, – предлагаю я.

– Ты этого не хочешь, хотя яростно кричишь об обратном. Ты меня заводишь. То, как ты смотришь на меня, не отводя глаз, как ты откликаешься на мои ласки. Ты играешь во взрослую жизнь, а когда она касается тебя, то пытаешься бежать. Только от меня тебе не скрыться, потому что я готов показать тебе, что такое реальность, – его голос завораживает и одновременно таит в себе некую недосказанность.