А в остальном, прекрасная маркиза…

 – Вернее, не помню продавщицы. У тебя фото случайно с собой нет?

– Ну, ты ухарь! – возмутился Лёня.

Сережины родственники тоже посмотрели на него неодобрительно.

– Насколько нужно быть неразборчивым в связях! – сказала Лена. И тут же выступила на защиту брата. – Мы потребуем генетической экспертизы.

– Кого? – не понял Лёня, который знал только про генетическую экспертизу покойников, обезображенных после боев.

– Дразниться нехорошо, молодой человек! – попеняла бабушка. – Лена имела в виду, что если после анализов окажется, что ваша сестра беременна от Сережи, то мы всячески будем помогать и способствовать.

– Но сначала он женится! – упрямо заявил Лёня. – Я маме обещал и бабуле, что Танька законно родит. Мужик! – повернулся он к Сергею. – Не будь сволочью крашеной!

– Мой сын благородный человек! – воскликнула мама.

– Мой внук достойный представитель! – вслед заявила бабушка.

– Хоть и разгильдяй, – добавила сестра, – но все-таки не подонок. Рано или поздно такое должно было случиться. Мама, бабушка! Вы прекрасно знаете, что при том образе жизни, который ведет Сергей…

– Да не хочу я жениться! – взревел он.

– Пусть временно, чтобы внучек законно родился, – проговорила мама.

– Разве мы не прокормим? – саму себя спросила бабушка. – Я бы пенсию вам отдавала.

– У меня от детей много хорошей одежки осталось, – добавила Лена.

Их куда-то уносило. В сторону, совершенно для Сергея невозможную, за него решали, планировали, не оставляя ему путей бегства. У бабушки, мамы и сестры на лице скорбная покорность судьбе. Кроманьолец Лёня улыбается, демонстрируя крупные, но желтые зубы.

– Замолчите! Стойте! – вскочил Сергей. – Это ошибка! Что я, олух полнейший, чтобы не помнить, с кем спал?

– Да, Сереженька, – печально кивнула бабушка. – Ты такой. В дедушку. Признаюсь, он от семнадцати лет до двадцати одного года был совершенно ненасытен. Мы поженились, когда ему исполнилось двадцать два."

"– Скольких я тут у тебя заставала? – не осталась в долгу мама. – Разговаривала с ними, фото показывала. И где они? Лена права, рано или поздно подобное должно было случиться. Мальчиков трудно воспитывать. Девочек легче. Хорошо бы девочка у тебя родилась. В честь мамы назовем Маргаритой.

Бабушка благодарственно всхлипнула и попросила:

– Только чтобы не звали Марго! Мне никогда не нравилось. Рита – приличнее.

– Договорились! – продолжал улыбаться Лёня. – А пацана в честь моего с Танькой батяни – Вовой. Он у нас хоть и закладывает нешуточно, но мировой мужик. И мама вам понравится, она добрая. Вот только бабушка… ну, я уже говорил. Серега? Чего торчишь? Сядь. Видишь, по-хорошему слепилось.