А потом я проснусь
С самого детства мне снится один и тот же сон: многоэтажка, незнакомая улица и девушка. Она смеется, говорит со мной, тянет руку, но всякий раз я просыпаюсь еще до того, как успеваю ее коснуться. Ангел, так я ее про себя называл.В двадцать девять лет я выяснил, что эта улица и даже многоэтажка существуют в реальности. Я реалист, и этот факт меня поразил. Оставалась девушка. Я даже подумал: вдруг Ангел действительно существует и она и есть моя судьба? Но когда мы все-таки повстречались, моей первой мыслью было ее придушить.
Если бы не она, мы с отцом,скорее всего, перестали б общаться. Я бы так точно внес его номер в черный список. — У меня все хорошо, и я тоже соскучился. Думал купить билеты в ближайшие пару дней.
— Ой, как хорошо! А то я вчера вашего Лелика видела в фитнес-клубе, так он спрашивал, когда ты вернешься.
— Лелик звонит мне чаще, чем кто-либо, и он точно в курсе всех моих перемещений, — усмехаюсь я. — Обещаю сказать тебе первой.
— Хорошо, — говорит она и понижает голос до еле различимого: — Папа очень злится, что ты не возвращаешься. Хочет о делах с тобой поговорить.
— Я в курсе, мам.
"— Кто спорит, мой хороший? — ласково произносит она, копируя тон из детства, каким она общалась со мной шестилетним. — Ты уж не зли его, ладно? Приезжай. Знаешь же, что папа тебе только добра желает. Как-никак, ты его единственный сын.
Я нащупываю на подоконнике спичку и засовываю ее в рот. И пусть я сделаю все без оглядки на нескончаемые претензии отца, этот разговор все равно меня бесит.
10
Ярослава
— Да что ж ты такой тяжелый-то, а? — ворчу я, безуспешно пытаясь снять с ноги развалившегося Тотошку. — Аж лодыжка онемела от твоей тушки. Вот посажу тебя на диету из риса — будешь знать.
Зевнув, Тотошка поворачивается ко мне пузом и демонстрирует свои собачьи причиндалы во всей красе.
— Или кастрирую, — грозно добавляю я. — И переименую в Евнуха.
Сбросив с себя Тотошку и одеяло, я выпрыгиваю из кровати и шлепаю в сторону ванной. Почему-то жутко хочется пить. Неужели безалкогольное пиво так на меня действует? Всего-то полбутылки. Следом семенит Тотошка. За этого я его обожаю: за то, что жить без меня не может.
— И что ты так на меня пялишься? — шутливо огрызаюсь я, стаскивая пижамные шорты. — Тоже зад разглядываешь? Все вы, мужики, походу, одинаковые.
В ответ на это обвинение Тотошка без угрызений совести тыкается носом в сброшенное на пол белье и начинает его обнюхивать.
— Да ты извращенец еще похуже этого Алана, — фыркаю я, раздвигая створки душевой кабины. — Хотя может он тоже таким балуется — кто его знает. С него станется.
Повернув рычаг смесителя, я с наслаждением подставляю голову под струю теплой воды и тут же досадливо морщусь от настойчивого стука. Баба Лида.
— Ты заперлась, что ли там? Вылезай скорее давай!
— А что такое? — выкрикиваю я, застыв с лужицей шампуня в ладони.
— А ты сама как думаешь-то? В туалет я хочу.
— А подождать никак? Мне всего-то минут десять нужно.

















