А потом я проснусь
С самого детства мне снится один и тот же сон: многоэтажка, незнакомая улица и девушка. Она смеется, говорит со мной, тянет руку, но всякий раз я просыпаюсь еще до того, как успеваю ее коснуться. Ангел, так я ее про себя называл.В двадцать девять лет я выяснил, что эта улица и даже многоэтажка существуют в реальности. Я реалист, и этот факт меня поразил. Оставалась девушка. Я даже подумал: вдруг Ангел действительно существует и она и есть моя судьба? Но когда мы все-таки повстречались, моей первой мыслью было ее придушить.
Высвободившись из ее объятий, я кивком приветствую Жанну, домработницу. Встреча предполагалась более трепетной, но Ярослава со своими детскими кошмарами спутала мои планы. Ее рассказ в машине настолько меня поразил в самом хреновом смысле, что я буквально ни о чем думать не могу. Я бы и не придал значению ее словам о сходстве отца с мужиком из сновидений, списав это на забавное совпадение или вымысел, если бы сам не видел дурацкие сны о реально существующих местах и людях.
— Здравствуйте! — звонко раздается из-за моего плеча. — Меня зовут Ярослава. Можно просто Яс.
Выражение недоумения, появившееся на лице матери в этот момент, бесценно.
— Здравствуйте, — натянуто произносит мама, медленно скользя взглядом по моей спутнице и особенно задерживаясь на ее белых носках. — Вы, я так понимаю, знакомая Алана.
Ох уж этот домашний очаг и добрые семейные традиции. Я по вам скучал.
Если бы мама смогла подобрать слово, которое лучше подчеркнет социальную дистанцию, Ярослава не удостоилась бы даже этого безликого «знакомая».
— Яся моя хорошая подруга, — с удовольствием выговариваю я, заново включаясь в игру, о которой забыл. — Извини… — ласково поглаживаю Ярославу по плечу. — Яс. Все время забываю, что ты не любишь.
Мне даже самому смешно, как правдоподобно все выходит, и вдвойне смешно от неподдельного смятения в глазах мамы. Если даже Женя, учащаяся в МГИМО, была, по их с отцом мнению, недостойной для меня партией, могу представить, что происходит в ее голове сейчас.
— Давайте в дом пройдем, — недовольно гудит отец, зашедший за нами следом. — Жанна пусть приборы достанет гостье.
Эта его привычка отдавать распоряжения домработнице исключительно через третьих лиц меня тоже дико злит. Вот же она, рядом стоит. Будто его депутатская неприкосновенность пошатнется от того, что он обратится к ней лично.
— Жанна, поставь на стол дополнительные приборы, — повторяет мать, переключаясь на привычный тон гостеприимной хозяйки дома. — Ты голодный, наверное, да? — гладит меня по руке.
"— Пойдем. — Я машинально приобнимаю Ярославу за талию, чтобы поддержать в предстоящем непростом деле — высидеть ужин с отцом, который, в довесок к своему и без того скверному характеру, сел на диету. — Ты к рыбе как относишься?
— Смотря к какой, — живо отзывается Ярослава, мимо которой, как оказалось, прошел весь невербальный негатив. — Мойву обожаю. Бабушка так вкусно жарила, что можно было есть с костями.
На спине ощущается неприятная вибрация.

















