Афганский рубеж 4

Больше всего вертолётов теряли и продолжают терять от огня крупнокалиберных пулемётов.

«Старстрик» — нечто другое. Из-за трёх суббоеприпасов он может быть весьма эффективным оружием. Как минимум его никто в Афганистане не знает. Кроме меня и БлэкРок.

— Ладно. Есть люди, которые разберутся быстрее, чем мы с тобой.

— Согласен. Грузимся! — скомандовал я, когда заметил, что все «трофеи» уже были на борту.

Через десять минут мы пролетали над хребтом Сургар. Осмотр каравана дал много информации к размышлению. С лётным составом нужно обязательно провести занятие и объяснить, как минимизировать возможность поражения из ПЗРК «Старстрик».

А потом ещё и передать по цепочке на другие аэродромы.

— Сан Саныч, дальнейший план какой? — спросил у меня Орлов, пролетая над основной дорогой, соединяющей Кандагар со столицей.

— Не будем загадывать. Не устал пилотировать? — спросил я.

— Никак нет. Отдать вам управление?

— Нет. Дай хоть пассажиром полетаю, — ответил я, сложив руки на груди.

Хотя и нужно быть всегда начеку и в готовности взять управление, но с Орловым вполне комфортно лететь. Вертолёт летит ровно. Миша его не дёргает.

Любое изменение курса и высоты выполняет плавно. Если б не его лень в подготовке к полётам, то и докопаться было бы не к чему.

— 102-й, Коверкоту, — вызвал по радиосвязи меня руководитель полётами.

— Ответил.

— 102-й, Мирванс дал указание к ним лететь с грузом, — ответил капитан Кораблёв.

Похоже, что в Кандагаре собираются по горячим следам осмотреть «трофеи». Могли бы и отправить представителя с нами.

— Понял. Дозаправимся и полетим, — ответил я.

— Ветер у земли 150° до 10 метров, — выдал условия на посадке руководитель полётами.

Орлов начал выполнять заход на посадку. Солнце слегка ослепляло, а боковой ветер постепенно усиливался.

— Бери поправку на ветер перед посадкой, — подсказывал я Михаилу, но он продолжал заход, основываясь на своих ощущениях.

— Контролирую, — спокойно сказал Орлов.

— Справа дует. Развернись и заходи против ветра, — подсказал я, но Михаил только кивнул.

Я решил, что надо быть внимательным сейчас. Слишком в себе уверен командир вертолёта. Прям напоминает мне Батырова в эту минуту.

Вертолёт продолжал снижаться. Скорость приближалась к отметке 50 км/ч.

Указатель вертикальной скорости продолжал показывать значение 5 м/с.

— Смотри за скоростью, — продолжал я подсказывать, но как-то уж слишком был уверен в себе Орлов.

— Нормально, — отвечал он.

Площадка уже перед нами. Высота 20 метров, а вертолёт начинает слегка бросать из стороны в сторону."

"— Обороты, командир, — подсказал по внутренней связи бортовой техник.

На указателе оборотов несущего винта и правда были колебания значений. Провалит Орлов обороты до 92% и будет плохо.