Афганский рубеж 4

Часто он прилетал в Торск, контролируя, как проходит приёмка техники от испытателей и насколько мы освоили новые типы вертолётов.

Что касается генерала армии Чагаева, то он здесь впервые. Василий Трофимович молодцевато поправил шинель стального цвета и слегка заломил назад свою папаху, выйдя из машины.

Пока он шёл по плацу, казалось, что генералу сложно не чеканить шаг в сапогах.

В Генеральном штабе он был на очень высоком счету и слыл жёстким и принципиальным человеком. Должность заместителя начальника Главного оперативного управления к этому обязывает.

Странно, что в преддверии 7 ноября и парада на Красной Площади к нам пожаловали такие люди.

Сомневаюсь, что только для разговора со мной сюда прилетел Василий Трофимович. Если бы так сильно хотел поговорить, вызвал бы к себе или приехал раньше.

После доклада Чагаеву и громкого приветствия с нашей стороны, на середину плаца солдаты вынесли столы, а начальник штаба занял место у микрофона.

Оркестр, отыграв встречный марш, готовился к исполнению следующих композиций.

Первыми награды получили начальник Центра Медведев и командир 969-го полка Тяпкин.

Им Чагаев вручил ордена Красного Знамени. Если честно, уж слишком долго они их ждали. С Афгана они вернулись ещё весной. И подавали их наградные документы из Кабула. Но лучше так, чем вообще бы заслуженных мужиков «прокатили» с наградами.

— Указом Президиума Верховного Совета СССР, за мужество и самоотверженные действия, проявленные при испытаниях новых образцов военной техники и исполнении интернационального долга, наградить капитана Клюковкина Александра Александровича орденом Красной Звезды! — громко объявил начальник штаба.

Под аплодисменты и фанфары оркестра я вышел на середину и подошёл строевым шагом к Василию Трофимовичу.

Он стоял с гордо поднятой головой, пытаясь не упустить ни единого моего движения.

Генерал продолжал меня испепелять взглядом, поправляя залихватские усы. Сложно не провести параллель между ним и его знаменитым тёзкой Чапаевым.

— Товарищ генерал армии, капитан Клюковкин… — начал докладывать я, но Чагаев меня остановил.

— Вольно! Поздравляю, капитан, — сделал он шаг ко мне и протянул руку.

Чагаев смотрел на меня пристально, будто пытался заглянуть в самую глубину моей души.

Только я дотронулся до его ладони, как он крепко пожал мне руку. Чересчур крепко, так что пришлось слегка «контратаковать» и напрячься.

— Ты тоже крепко жмёшь, — шепнул он и протянул мне коробку с орденом и удостоверением. Мы разжали руки под аккомпанемент оркестра.

— Служу Советскому Союзу!

После награждения я быстро встал в строй и ждал окончания мероприятия. Награждение продлилось ещё порядка 20 минут, прежде чем Чагаев смог подойти к микрофону и произнести заключительную речь.