Академия отморозков
Валерий Сургин, он же Москвитин, он же Корчагин, он же… Словом, он человек, которого нет. Есть Москит — офицер спецназа ФСБ, одиночка, выполняющий задания повышенной трудности. На этот раз в горах Чечни ему надо выявить суперсолдат-зомби, воюющих на чьей угодно стороне, но только не на стороне закона. Где "кузница" этих отмороженных кадров? Кто "изготавливает" их? Кто поставляет для совершения жесточайших терактов? Вопросов много, а Москит один. Но отступать он не привык. И даже встреча с ожившими мертвецами его не испугает. Если служишь в спецназе — ничему не удивляйся.
— Слушаю!
Потапов довел до секретного агента, что через центральное Управление ФСБ и штаба РВСН удалось отыскать лишь одного офицера в отставке, служившего в инженерно-саперном батальоне, который проводил мероприятия по приведению в негодность боевой части дивизиона. Он занимался подрывом шахт. Но знал и о том, что делали коллеги в других точках. Так вот, этот отставной полковник утверждает, что все подземные коммуникации должны были быть выведены из строя. По крайней мере, заряды закладывались везде, где нужно, а взрыв проводился одновременно после эвакуации всего личного состава. После подрыва часть осматривала смешанная комиссия.
— Вот так, Андрюша! Удовлетворен?
Сургин ответил:
— Не совсем, генерал! Во-первых, коммуникации должны были быть выведены из строя или были выведены, гарантированно были приведены в негодность?
— Ну что ты к словам цепляешься, майор!
Андрей не обратил внимания на реплику начальника, продолжив:
— Во-вторых! Осмотр территории дивизиона после подрыва боевой части проводила только комиссия или саперы тоже присутствовали?
Генерал недовольно спросил:
— Что в-третьих?
— А в-третьих, Николай Викторович, найденный вами очевидец и непосредственный участник ликвидации объекта не допускает такого варианта, что отдельные заряды могли не взорваться при общем подрыве коммуникаций?
Потапов вздохнул:
— Знаешь, Андрюш, по-моему, ты засиделся в логове противника! Подобные вопросы полковнику не задавались, да и помнит он хорошо лишь то, чем занимался сам. Но я проконсультировался на всякий случай у одного генерала инженерных войск. Он сказал, что в те годы уничтожению ядерных объектов уделялось повышенное внимание и со стороны военных, и со стороны партийных органов, не говоря уже о совместных комиссиях. Американцы особо тщательно следили за выполнением всех работ в полном объеме. Так что даже единичный сбой практически исключен!
Сургин задал очередной вопрос:
— А теоретически?
Генерал повысил голос:
— Андрей! Прекрати, а? Хватит об одном и том же, тем более не самом существенном!
— Хорошо, но, надеюсь, схему подземных коммуникаций бывшего дивизиона вместе с консультациями вы тоже получили на всякий случай?
— Да получил, получил, черт бы тебя побрал, Сургин! Завязывай об этом! Думай об акции, которую проведем в пятницу, во время смены караулов. Точнее, смены караула подвального помещения. После того, как перехватим группу Мирона и захватим господина Кунца! Территорию отряд «Гарпун» отработает, а вот в подвале тебе придется начинать одному!
— Вы считаете необходимым напомнить мне об этом? Лучше хотя бы на словах обрисовали бы схему помещения, если таковую, конечно, можно достать.
