Ах, уехал мой любимый

- Он пришёл к тебе с рассветом, показать, что утром встало?

- Ой, всё! Отстань!

- Да шучу я, моя прелесть! – снова удушающие объятия обрушились на меня. – Я за тебя рада, как ни за кого другого. Наконец-то ты по-настоящему счастлива, Анют. Ведь счастлива? Моё зрение и чуйка меня не подводят?

- Счастлива, Алён. Я счастлива.

Эпилог

В полудрёме провела рукой по простыне рядом с собой. Пальцы коснулись холодной пустоты. Привычно тёплого, мирно спящего тела рядом не оказалось.

Разлепила глаза, зрительно убедилась в том, что одна в комнате и перевела взгляд на часы, испугавшись, что проспала.

К моему удивлению, до будильника оставалось ещё десять минут. И где его носит в такую рань?

Раскидывая в тишине мозгами, не сразу сообразила, что услышала бормотание из детской.

Уля, похоже, проснулась.

Скинула с ног одеяло, села в постели и неторопливо встала. Накинула халат и завязала пояс. Чем ближе подходила к комнате дочери, тем отчетливее слышала бормотание двух голосов. Не Улин. Так связно, ровно и долго бормотать ребенок, которому только недавно исполнилось два месяца, точно не станет.

Значит, утечка мужа из постели произошла прямиком в детскую и в компанию к нему присоединился ещё и Ваня.

Остановилась у приоткрытой двери и затихла, прикусив большой палец правой руки, чтобы не рассмеяться.

Матвей и Ваня в домашних клетчатых штанах, нависали над Ульяной, пытаясь поменять ей подгузник. При этом они затыкали носы и себе и друг другу, торопливо и почти беззвучно передавая друг другу салфетки, чистые подгузники и ползунки.

- По-любому, ты навалил сестрёнке, - шептал Матвей насмешливо. – Она мелкая и столько не смогла бы.

- Ага, конечно, - фыркнул Ваня, брезгливо подавая ему влажные салфетки. – Вообще-то, когда я сюда пришёл, ты уже был здесь. Так что это ты столько навалил и подкинул ей.

- Кто раньше встал, тот и нас… нагадил, - поправил себя Матвей, смеясь. – Да, малявка?

Тонкий нежный голосок, отдаленно напоминающий «ага», донесся с пеленального столика.

- Чур, ты сворачиваешь подгузник! – протараторил Ваня. – В прошлый раз сворачивал я.

- Вообще-то, я.

- Нет, я! – стоял на своём Ваня.

- Камень, ножницы, бумага? – предложил сразу Матвей, протянув в сторону сына кулак.

- У тебя какашка на пальце, - чуть отступил Ваня назад.

- Это на удачу, - невозмутимо ответил Матвей. – Погнали?

- Давай! Раз, два, три… Блин! – топнул Ваня ногой. – Ты всегда выигрываешь!

- Я же говорил, что на удачу, - веселился Матвей, застегивая на дочери подгузник. – Так, мы молодцы, но маму, всё равно, надо будить. Уля сейчас, по-любому, кушать захочет, а тут мы маму заменить не сможем.

- Можно я Улю маме унесу? – робко спросил Ваня.

- Конечно. Только аккуратно, хорошо? Держи крепко, - Матвей обтёр руки влажными салфетками, мягко подхватил дочку на руки и чмокнул в носик.