Ах, уехал мой любимый

- Лосиныч?! – шипела ему в лицо, вместе с тем тыча в него же медвежонком.

- Я не вспомнил ни одного супергероя, - развел он руками. – Но я помнил о том, что они все, вроде как, носят лосины. Поэтому вот – Лосиныч. Что не так?

- Вот, что не так. Вот! – продолжала трясти перед его лицом медвежонком. Оттянула неугодный клочок ткани между плюшевых лап. – Это, по-твоему, детская игрушка? Что это?

- Испорченная ты девчонка, а еще педагог, - качал головой Козырский, прикусывая нижнюю губу, чтобы не рассмеяться. – Между прочим, Анют, это карающий меч, а не то, что успела надумать твоя кучерявая головушка. И Ваня, на секундочку, этим карающим мечом положил целую армию ковбоев. Ни в чем неповинных овец, правда, тоже, но это другая сказка…

- Карающий меч, значит. Угу, - кивала я активно. Подняла, с позволения сказать, меч, поднесла его к лицу Козырского и щелкнула им по носу.

- И чего это? – усмехнулся он.

- А это я тебя покарала, - заявила деловито. – Учишь моего сына всяким пакостям, будь готов к тому, что к лицу подтянут… карающий мяч. Усёк?

- Ты совсем не изменилась, Литвинова, - криво ухмыльнулся, пробежав по мне взглядом. – Всё такая же злючка. И всё так же забавно щуришь глаза, когда отчитываешь.

- Не делай вид, что что-то обо мне помнишь. И, ради Бога, сними с башки колготки моего сына.

- Мы еще не доехали до конечной. Не ломай мне троллейбус, женщина, - отклонился он, когда я потянула к его голове.

- Боже! – тяжело вздохнула и сжала пальцами переносицу, собирая мысли в кучку. – Помоги Ване собрать игрушки. Мне его через десять минут нужно укладывать спать.

- Хорошо, - кивнул он. – Тогда, если ты не против, то я подожду в кухне, пока ты его укладываешь. Мне ещё нужно собрать инструмент в твоей ванной, чтобы вы могли ею нормально пользоваться.

- Ладно.

- Ну, я поехал, - задорно подмигнув, оттянул колготки и «поехал» в комнату Вани.

Лосиныч остался бессовестно болтать своим карательным мечом в моей руке.

Глава 12

Вышла из комнаты Вани в режиме неслышного ниндзя. Прежде чем плотно закрыть дверь, заглянула одним глазом, чтобы убедиться в том, что он точно спит.

Спит. Крепко. В обнимку с Лосинычем. Отобрать его я так и не смогла. Так же как и прекратить поток восхищения Матвеем. Пришлось выслушать, какой он весь из себя классный и что завтра они продолжат завоевывать Техас, спасать овец и, очевидно, растягивать ремонт ванной комнаты до безобразного «завтра».

Шагая по узкому коридору квартиры, стянула с волос резинку и растрепала их, чувствуя приятную легкость после тугого стягивания макушки. Мысленно прикинула, что не мешало бы, всё-таки, начать омолаживаться. Маска всё ещё ждёт встречи с моим лицом. Уставшим, потрепанным жизни и конкретно этим днем, лицом.

Завернула в кухню и подпрыгнула на месте, успев закрыть ладонью рот до того, как крикнуть.