Древесный маг Орловского княжества (том 3)

Кто ж из вас паразитов значится среди Тёмных, как Могута?

Может, это ректор? Или дряхлый дед Ростиха? Второму Зерно с Хикупты позарез нужно, пока он не помер от старости. А так артефакт ему лет двадцать–тридцать даст ещё пожить. Уверен.

Пялиться на неприятные непокрытые рожи в такой торжественный день не очень хочется. Хоть бы прикрылись, и не портили наш цветник своими кислыми минами. Вижу, как к ним подходят здороваться респектабельные господа, поднимая маски. При этом кислые рожи с трудом расплываются. Но быстро приходят в прежнее положение.

Синие и голубые значки, обозначающие адептов, на костюмах мелькают всё чаще.

Девочки с мальчиками отдельными шайками собираются, узнавая друг друга легко. А то и зная заранее, кто в какой маске.

Я тоже замечаю своих ребят по бедным кафтанам, а то и вовсе мантиям. Да, есть и такие индивиды, кто в мантиях ученических пришёл и с масками пошарпанными. От них все богачи и шарахаются.

Вот только меня в свою очередь никто узнать не может. Судя по тому, что никто не подходит поздороваться. А окружающие смотрят с недоумением на единственного гостя в чёрном.

Взглядом ищу девицу в маске белой лисы с перьями лиловыми, предположительно Ясмину.

И глаза разбегаются от этих перьев, все кому не лень лепят их даже на воротник.

Слушаю светские разговоры, сплетни, детский лепет адептов, обсуждение гостей нашей дрянной организации. Родители какие–то возмущаются по поводу хренового обучения. Доносятся и обо мне фразочки. Мол, что за гусь такой важный, стоит один, ни к кому не подходит.

— Кажется, это ревизор с Кремля, — выпалил какой–то дедуля. — Они в таких фраках и ходят. Смотрят, записывают, а потом свитки приходят от императора нелестные.

После этих слов только заметил, что на меня многие поглядывают через разрезы в масках с большой настороженностью.

В потоках сплетен улавливаю знакомое имя, и сердце замирает.

— … это которая слепая в замке тут сидела? — Слышу от дамочки.

— Не поверишь, прозрела, — отвечает мужчина с придыханием. — Говорят, в Орёл явилась, что прекрасная богиня Лада и чистая Леля. Кто увидит её, всё, влюбляются без памяти. И простой люд и знатный, и мужчины, и женщины.

— Да ну не бреши, — посмеивается женщина.

— Велес свидетель. Князь дружину ей личную дал голов в триста, без неё не выходит в город.

Люд ополоумел.

— Я тоже слышал, — подключился ещё один сплетник. — Какой бедолага Василису увидит, никакая другая уже не нужна.

— Да что болтать попусту, — вмешалась старушка. — Вячеслав же на бал приглашает в апреле. Вот и глянем.

— С одного бала на другой, когда ж отдыхать? — Стонет мужчина.

Мне бы ваши проблемы.

Отодвинулся от сплетников, потом что слух резать стало. И рад за Василису, и что–то грусть берёт. Сам не пойму отчего…

Час прошёл с моего появления.