Амалия. Книги 1-5

Дверь за ними захлопнулась, и в конце девятой главы наступила кромешная тьма.

Глава десятая,

в которой тайные агенты блуждают во тьме

– Рудольф!

– А?

– Вы где?

– Сам не знаю. Подождите, я к вам подойду… О, черт!

– Осторожнее!

– Дьявол, как тут темно!

– Вы себе ничего не сломали?

– Нет! Какого черта, спрашивается, я послушался вас и приперся сюда? Ради каких-то дамских пан… А-а!

– Осторожно, там где-то валяется галстук.

– Спасибо, я уже зацепился за него и упал. Вы очень добры!

– Рудольф!

– Ну что?

– Кузен, вы целы?

– Да. Знаете, чего я сейчас хочу?

– Чего?

– Быть круглым сиротой.

Не иметь ни отца, ни матери, ни дяди, ни тети, ни отдаленной кузины!

– Ай, кузен! Это вы?

– Я. По-моему, меня нельзя спутать с мышью. Даже в темноте…

– Что вы делаете, кузен?

– Ищу фонарь.

– Вы не там его ищете!

Пощечина, как артиллерийский салют, прогремела на весь трюм.

– Знаете что, если вы так истолковываете мои самые невинные намерения, ищите свет сами!

– Кузен, вы не могли бы помолчать немного?

– Молчу. Надо же, по вашей милости я теперь замурован в трюме… Тьфу! Вся венская разведка будет надрывать животы, когда узнает, что…

Во мраке, как бабочка, вспыхнул огонек, и в его свете обнаружилось лицо Рудольфа – красное, удивленное.

– Что это? – моргая от неожиданности глазами, выдавил из себя он.

– Свеча, – довольно сказала Амалия. – Отправляясь сюда, я захватила с собой на всякий случай свечу и спички. За предусмотрительность.

– Знаете, кузина, – пробормотал вконец ошарашенный Рудольф, – я должен вас поцеловать.

– Вы уже пытались это сделать, – сухо оборвала его Амалия. – Учтите, что расплавленный воск очень горячий, так что лучше не злите меня.

Идем!

– Куда?

– Искать «Леду».

– Вы в св-воем уме? – воскликнул Рудольф. От изумления он даже начал заикаться.

– Тогда сидите тут один в темноте и продолжайте мечтать осиротеть, я не буду вам мешать, – съязвила Амалия и повернулась, собираясь уйти.

Представив себе, как по нему во мраке начнут прыгать развязные мыши, германский агент похолодел.

– Ну, нет, – с жаром возразил он, кидаясь следом за огоньком, – ни за что!

Однако Амалия внезапно остановилась и посветила немного вбок.

Взорам агентов предстали четыре простеньких чемодана, накрытые сеткой.

– Мой коричневый, – быстро сказала Амалия. Коричневый чемодан был больше остальных.

– Мой черный, – буркнул Рудольф нехотя.

– Тот, что с железной ручкой, тоже мой.

– Я беру серый.

Родовитый граф фон Лихтенштейн и его прелестная кузина (тоже, между прочим, из дворян), как самые обычные воришки, вцепились в сетку и обоюдными усилиями содрали ее. Корабль застонал и заохал. Рудольф позеленел.