Амалия. Книги 1-5

Но, что бы там ни говорили, смирение – выбор малодушных, и расплата за него бывает очень жестокой.

– А расплата за бунт? – подала голос Амалия.

Рудольф усмехнулся:

– В нашем мире за все приходится платить, кузина. Кстати, я должен сообщить вам кое-что. – Он подался вперед. – Сегодня я совершенно случайно заглянул в ту пустующую каюту…

– Позвольте мне закончить, – сказала Амалия. – Вы не нашли в шкафу… нашего знакомого. Так?

– Именно, – со вздохом подтвердил Рудольф. – Кажется, сам он уйти не мог. Как вы думаете, куда он делся?

– Уплыл, – отозвалась Амалия.

 – Как и мадам Эрмелин.

Рудольф мечтательно зажмурился.

– Наверное, мерзавец Вернер постарался. Надо бы разок применить к нему ваш метод. Канделябром по голове, связать и кинуть за борт.

– Руди, я нахожу, что вы чересчур кровожадны, – мягко заметила Амалия.

– Это, наверное, во мне заговорил прадедушка Боэмунд, – доложил Рудольф, весело блестя глазами. – Так что вы намерены предпринять по поводу мадам Эрмелин?

– А что бы вы сделали? – напрямик спросила Амалия.

– Для начала, – спокойно ответил Рудольф, – я бы побеседовал с врачом.

Они нашли доктора Ортегу в бильярдной, где он с азартом гонял шары на пару с аккомпаниатором Шенье.

– Доктор, – сказала Амалия, – можно вас на минуточку?

Ортега отложил кий и подошел к ним. Амалия отвела маленького доктора к окну, где, немного смущаясь, завела разговор о мадам Эрмелин. Мол, ее смерть была такой внезапной… Не думает ли он, что мадам могли попросту убить?

– Странно, – заметил Ортега, с любопытством поглядывая на молчавшего Рудольфа фон Лихтенштейна. – Очень странно.

– Что именно? – насторожилась Амалия.

– Да то, – беззаботно ответил доктор, – что вы, мадам Дюпон, не первая, кто задает мне сегодня этот вопрос.

Амалия вся обратилась в слух.

– В самом деле? Значит, кто-то еще спрашивал у вас…

– К вашим услугам, мадам Дюпон, – произнес мягкий баритон в двух шагах от нее.

Амалия резко обернулась и увидела сыщика из страховой компании, Деламара. Он стоял, заложив руки в карманы, и пристально смотрел на нее.

– Доброе утро, месье Деламар, – проговорила Амалия, улыбаясь самой очаровательной из своих улыбок, которой было бы вполне достаточно, чтобы заменить солнце в ненастный день.

Однако месье Деламар, похоже, был не слишком чувствителен к женским чарам, потому что смотрел на Амалию с неприкрытым подозрением.

– Все в порядке, Ортега, – сказал сыщик врачу. – Можете идти.

Недоуменно пожав плечами, доктор вернулся к прерванной партии.

– Можно вопрос, мадам Дюпон? – очень вежливо осведомился Деламар. – Что побудило вас, постороннего, в сущности, человека, интересоваться подробностями кончины мадам Эрмелин?

Амалия и Рудольф тревожно переглянулись.