Амалия. Книги 1-5

– Ха! Мужа, говорите? – с кровожадным блеском в глазах бросил ей Рудольф, на всякий случай стискивая Вернера покрепче. – Когда я последний раз видел вас в Вене, вы были братом и сестрой, а еще раньше, в Страсбурге, вдовцом и экономкой!

– Мерзавец! Хам! – кричала «фрау Кляйн» в слезах. – Отпустите, отпустите моего Людвига, не смейте его трогать!

– Еще как посмею! – сипел Рудольф, багровея от натуги.

В отчаянии Вернер вцепился в створку дверей, но Рудольф разок ударил его лбом в лицо, применив прием, который бандиты называют «взять на кумпол», и австрийский агент обмяк, разжав руки.

– Ку-узен… – челюсти Амалии раздирала неудержимая зевота, – что вы такое творите?

– Не мешайте, Амалия, прошу вас! – огрызнулся Рудольф.

Он лягнул «фрау Кляйн», чтобы не путалась под ногами, вытащил Вернера на палубу и легко, как перышко, перекинул его через борт.

– My God![85] – вскричал маркиз Мерримейд, ставший невольным свидетелем этой сцены, и в ужасе выронил монокль из глаза.

– Он сошел с ума! – вторила ему жена.

– Кузен, кузен! – кричала Амалия.

Рудольф, не отвечая, тряс Вернера, которого держал за шиворот над пучиной.

– Отвечай, мерзавец, где «Леда»?

– Людвиг! – причитала «фрау Кляйн», заливаясь слезами. – Он тебя убьет!

– Что ты сделал с картиной? Отвечай, мерзавец!

– С какой… картиной? – Ноги бедняги Вернера болтались над океаном, жесткий воротник впился в горло.

– Сам знаешь!

– Не знаю!

– Нет, знаешь! Не зря же ты околачиваешься здесь!

– Ку… узен… а-ах! Перестаньте, умоляю вас!

– Кузина, прекратите зевать, вы меня проглотите!

– Людвиг! Чего он от тебя хочет? – лопотала «фрау Кляйн» в совершенном изнеможении.

– Я не нашел ее! – вопил Вернер.

 – Я вообще ее не искал!

– Врешь!

– Говорю вам: не нужна мне ваша «Леда»! И вообще, Рудольф, я больше не служу! Оставьте меня в покое!

– Кузен… а-ах! Будьте осторожны, не упадите за борт, прошу вас!

– Я все про тебя знаю! Это ты подлил мне снотворное, когда…

– Снотворное? Зачем?

– Сам знаешь!

– Да не знаю я ничего! Рудольф, прекратите, я боюсь высоты. Не знаю, что вы там себе вбили в голову, но я вам говорю: я ушел со службы!

– Ага! А что ты делаешь на «Мечте», да еще под чужим именем? Отвечай!

– Да потому что в Вене меня достали с этим треклятым Леонардо! – пропыхтел Вернер, барахтаясь в воздухе.

 – А мне уже сорок три! И тут я узнал, что мой дядя Отто умер в Америке и оставил мне наследство…

– Что ты такое плетешь?

– Дядя Отто, – хрипел Вернер из последних сил, – был паршивой овцой в нашей семье. Его никто не принимал всерьез. Тогда он уехал в Америку и разбогател. Поймите, Рудольф, я устал играть в эти игры! Я женился на Герде и сел на корабль, но вовсе не из-за проклятой «Леды», а чтобы востребовать наследство.