Амалия. Книги 1-5

Никто и в самом деле ничего не заметил.

– Жаль, – вздохнула Амалия. – Вы говорили с Надин? Какая могла быть причина у Леонара сводить счеты с ее братом?

– Говорил, – поколебавшись, признался Деламар. – Но она молчит.

Амалия нахмурилась:

– Где она сейчас?

– Сидит с отцом Рене у тела брата.

Амалия немного подумала:

– Когда его хоронят?

– Сегодня вечером. Так распорядился капитан.

– Я попытаюсь поговорить с ней, – решилась Амалия.

Надин Коломбье, вся опухшая от слез, действительно сидела в каюте брата. Проспер Коломбье, одетый в лучший свой костюм, покоился на кровати со скрещенными на груди руками.

– Надин, – тихо сказала Амалия, касаясь рукою плеча измученной женщины, – вы целый день ничего не ели. Вам нужно подкрепиться.

Сестра управляющего ничего не отвечала. Помедлив, Амалия села возле нее.

– Надин, – настойчиво промолвила Амалия, – нам нужно поговорить.

Веки женщины дрогнули. Она перевела взгляд на Амалию.

– Поговорить? О чем? – Она закрыла лицо рукой. – Мой брат мертв, мадам! Словами его не воскресить. – Она повернулась к священнику. – Святой отец, велите ей уйти.

– Да как вы не понимаете! – выкрикнула Амалия. – Ведь, может быть, именно вы станете следующей жертвой Тернона! Если бы вы только сказали нам…

– Уходите! – пронзительно закричала Надин, отворачиваясь. – Вон!

Амалия поднялась и побрела к двери. На пороге она остановилась.

– Неужели вам и в самом деле все равно? – с горечью спросила она. – Ведь ваши слова помогли бы спасти людей… невинных людей! – Надин всхлипнула, но упорно не поднимала глаз. – Объясните ей это, отец Рене. Пожалуйста.

Так и не дождавшись ответа, Амалия прикрыла дверь.

* * *Из дневника Амалии Тамариной."

"«26 ноября. Пятый день плавания. Видела дельфинов. Небольшие осложнения – у Рудольфа исчезла «Леда», у меня – Тициан. Все это, однако, мелочи по сравнению с тем, что творится на корабле. Убийство управляющего Коломбье породило новые вопросы. Почему именно он? Каким образом он связан с Леонаром? Видела Надин Коломбье на похоронах, но пока она не проронила ни слова. Будем надеяться на то, что завтра она разговорится. Кстати, завтра день рождения мамы. Как грустно в такой момент находиться далеко от своих».

* * *Утирая слезы, Надин Коломбье вошла в свою каюту и огляделась. Ничего не изменилось. Все здесь было так же, как прежде, – но тогда откуда появилось у нее чувство, что все вещи словно осиротели? Может быть, оттого, что сегодня осиротела она сама?

Она вспомнила своего брата Проспера. Какой он был сильный, ловкий, веселый! И надежный. На него всегда можно было положиться, да. Ведь они так рано остались без родителей, и неизвестно, что бы их ждало, если бы не Проспер.