Амалия. Книги 1-5

Настройщика хватают, вызывают полицию, полиция оцепляет дом, обыскивает слуг, перерывает сад, смотрит под окнами, в водосточных трубах, на крыше – везде! Доходит до того, что осматривают даже поленницы, простукивая каждое полено, снимают крышки с кастрюль, в которых готовится еда на кухне, и обыскивают собачью конуру во дворе. Драгоценностей нет. Все слуги – на месте, и никто дом не покидал, настройщик оказывается действительно настройщиком роялей с почти двадцатилетней безупречной репутацией. Вчера ему заплатили, причем чрезвычайно щедро, чтобы он явился в особняк точно в назначенное время.

Платил какой-то седой господин приличного вида, прихрамывающий на левую ногу. Настройщика допрашивают, допрашивают его семью, а если бы представлялось возможным, допросили бы и его кошку, и канарейку в клетке. Ни-че-го!

Полицейский комиссар Жанкур в ярости. Это Белоручка! Белоручка опять обвел его вокруг пальца! В который раз! Комиссар трясет лакея, трясет служанку, трясет вторую горничную, трясет дворецкого, которые одни могли зайти в будуар в те пять минут, что княгиня объяснялась с настройщиком. Особенно – трясет лакея, потому что тот всего месяц как служит в доме, и доводит беднягу до заикания.

Вовремя объявившийся представитель страховой компании осторожно подает идею, что мадам Лопухина могла сама свистнуть свои драгоценности, чтобы получить страховку. Мадам Лопухина, поняв, куда ветер дует, падает в обморок вторично, ее обыскивают, вновь обшаривают ее будуар, матрацы, подушки, комоды. И опять – ничего! Представитель компании, которая явно не горит желанием расставаться с огромными деньгами, объявляет полицейским, что тот, кто найдет драгоценности, получит солидную награду, после чего в особняке княгини оказывается едва ли не весь личный состав с набережной Ювелиров[86]. Дом перерыт вверх дном, стены простуканы сантиметр за сантиметром, даже сено для лошадей, и то перебрано.

К вечеру во всех парижских газетах выходят глумливые статьи о том, что родная полиция даже по горячим следам неспособна схватить воришку, что уж тогда говорить о более серьезных делах! Министр внутренних дел подает в отставку, настройщик становится героем дня, и все наперебой приглашают его к себе, а княгиня Лопухина плачет и пересчитывает деньги, полученные за страховку.

Но драгоценностей так никто и не нашел!

– Господи, – вскрикнула вдруг Амалия, – до чего же я глупа!

Роберт Ричардсон в изумлении уставился на нее. Деламар открыл рот.

– Кузина, – пробормотал Рудольф, – о чем это вы?

– Ах, не обращайте на меня внимания, кузен, – велела ему Амалия, улыбаясь очаровательной улыбкой. – Просто я кое-что поняла, хоть и с большим опозданием. – Затем она обратилась к Деламару: – Благодарю вас, месье, за чудесный рассказ.