Амалия. Книги 1-5

Узнав, что произошло, женщины стали плакать, а мужчины роптать, с неприязнью поглядывая на маркиза, так что он предпочел скрыться в своих покоях. Его мать, которая единственная из присутствующих сохранила присутствие духа, велела вызвать священника и полицию. Приблизительно через полчаса господин Лапуль уже прибыл в замок и приступил к расследованию.

Он добросовестно исполнил свой долг, опросил слуг и очевидцев, собрал вещественные доказательства и составил подробный отчет о происшедшем. На первый взгляд все представлялось донельзя ясным: несчастная женщина, которой пренебрегал муж, под влиянием минутного порыва отчаяния покончила с собой. Но тут начались одна за другой выясняться разные несообразности, которые заставили г-на Лапуля тщательнее взвесить факты и пересмотреть свою версию.

Во-первых, доктор Огюст Террайе показал, что и в первый, и во второй раз, когда маркиза покушалась на самоубийство, револьвер был разряжен, и в дальнейшем он хранил оружие незаряженным, что, учитывая обстоятельства, было более чем логично. После первого покушения на самоубийство доктор стал прятать оружие в ящике секретера, закрывающемся на ключ, но, к несчастью, замки в нем такого свойства, что их сравнительно легко открыть, как в том убедился г-н Лапуль.

Во-вторых, дворецкий Гастон Фонтане, а также и маркиз, муж покойной, показали, что она совсем не умела пользоваться оружием, то есть не могла ни зарядить, ни разрядить его, и от этого даже не ездила на охоты, которые время от времени устраивал маркиз.

В-третьих, на прямой вопрос к доктору о том, не мог ли он сам зарядить револьвер, господин Огюст Террайе ответил отрицательно и в доказательство предъявил непочатую коробку патронов, которую он прятал в платяном шкафу, среди старых вещей. Когда г-н Лапуль открыл коробку, все патроны оказались на месте.

В-четвертых, следствие установило, что в револьвере была только одна пуля – в том гнезде барабана, которое должно было сработать при нажатии на спусковой крючок.

В-пятых, было установлено также, что во второй раз, покушаясь на самоубийство, маркиза поднесла револьвер к виску и нажала на спуск, после чего последовал сухой щелчок.

И, наконец, в-шестых, доктор в ответ на вопрос, верил ли он когда-нибудь, что маркиза всерьез помышляет о самоубийстве, ответил отрицательно. По его словам, маркиза просто была несчастна и не знала, как повлиять на своего беспутного супруга. То же самое сказали господину Лапулю Матильда и Жанна де Сентонж.

Выводы, возникшие у господина Лапуля, когда он узнал эти факты, очевидны. Существовал некто, заинтересованный в том, чтобы маркиза Элен де Сентонж перестала существовать. Зная о ее двух публичных покушениях на самоубийство, он изобрел план, поражающий своей адской простотой.