Амалия. Книги 1-5

Белоручка, однако, не собирался сдаваться и по-прежнему отчаянно лез на врага. Рудольф врезал лжесыщику ногой несколько выше его колена и только этим сумел утихомирить. Удар ребром ладони по шее довершил дело. Белоручка повалился на ковер, и родовитый граф фон Лихтенштейн, пнув его пару раз для верности, сгреб противника за шиворот и фалды, подтащил к креслу возле Амалии и бесцеремонно швырнул на него. Белоручка с всхлипом развернулся на сиденье и кое-как сел. Рудольф преспокойно отряхивал руки.

– Кузен, – торжественно молвила золотоглазая блондинка, – вы чудо!

Галстук Белоручки был разорван, из носа текла кровь.

Несмотря на всю свою славу, вор выглядел жалко, как и любой человек, которого поймали, что называется, с поличным. В лице его тоже произошли разительные перемены. Куда делись спокойная уверенность сыщика, пленявшая тех, кто имел с ним дело на «Мечте», внимательный взгляд, складочки между бровями? Теперь он более всего походил на того, кем и был в действительности, – на жулика, не справившегося со своей ролью.

– Какая сволочь, а? – объявил Рудольф, тыча пальцем в проходимца. – А я-то верил, что он настоящий сыщик! Даже на вопросы его отвечал!

Тут Рудольф употребил несколько выражений, которые, судя по всему, были словами, но опознать их не сумел бы ни один полный словарь немецкого языка.

Поэтому из уважения к читателям мы их опустим.

– Я не понимаю, – проскулил горе-похититель, глядя поочередно то на Амалию, то на немца, потиравшего скулу. – Так вы что, не граф фон Лихтенштейн?

– Дорогой месье, – хмыкнула Амалия, – даже графам надо время от времени что-то кушать, не говоря уже о том, каких расходов требует содержание родового замка.

– Э, да какой там замок – одни руины! – проворчал Рудольф.

– Вы вернете им былое величие, – заявила Амалия. – В том и состоит ваш долг по отношению к нашим славным предкам.

– И как мне это удастся? – спросил Рудольф недоверчиво.

– Продадите Рафаэля и женитесь на богатой красивой аристократке, – посулила Амалия.

– Богатые красивые аристократки, черт меня дери, – вскипел германский агент, – предпочитают богатых уродливых аристократов, чтоб им пропасть!

– Ничего, Руди, – успокоила его Амалия, – вы молоды, и у вас еще все впереди.

Рудольф покраснел, потупился и снова промычал нечто неразборчивое.

– Имейте в виду, – заявил Белоручка, мрачно разглядывая останки разодранного в клочья галстука, – вы мне ничего не пришьете. Доказательств у вас нет никаких.

– Вы так уверены?

Тон вопроса заставил лжесыщика вздрогнуть.

– Разумеется, черт возьми!

– Не смей ругаться при даме! – мгновенно встрял Рудольф, как никто другой высоко ставящий приличия. – Не то я тебя разделаю, как бог черепаху!

– Руди… – покачала Амалия укоризненно головой.