Амалия. Книги 1-5

С хорошо рассчитанной скромностью выдерживая взгляды мисс Арабеллы, Амалия мысленно возносила хвалу богу, что он создал ее с двумя глазами, а не с тремя, как, по-видимому, хотелось бы хозяйке дома. Тем не менее последняя поборола себя, чтобы представить гостье судью Рафферти, доктора Хейли, мистера Гранта-старшего, мэра и владельца ранчо «Надежда», мистера Гранта-младшего, его сына, священника Тристрама Хайгрейва, мистера Джошуа Фрезера и других явившихся на ее soiree. У судьи был такой вид, словно он заочно осудил весь мир и нашел, что тот достоин виселицы. У потрепанного жизнью доктора вообще не было никакого вида.

Младшему Гранту было лет двадцать, старшему – около пятидесяти. В молодости старший, вероятно, был хорош, но теперь его лицо пересекали резкие морщины, а кожа загрубела и сделалась похожей цветом на орех. Тем не менее он производил впечатление, тогда как сын его напоминал сильно разведенный лимонад – пресный, бесцветный и ничем не выдающийся.

Мистер Джошуа Фрезер, к удивлению Амалии, оказался тем самым элегантно одетым игроком, которого она заметила на улице. У него были изысканные и небрежные манеры, и ей было приятно с ним разговаривать, хотя потом она не смогла ни слова вспомнить из того, о чем они беседовали.

Вечеринка шла своим чередом. В девятнадцатом веке, когда не было ни кино, ни телевидения, ни радио, ни граммофонов, люди поневоле находили отдушину в болтовне. Мы, живущие в веке двадцать первом, давным-давно разучились по-настоящему злословить, и даже сплетни нам поставляют таблоиды – уже готовыми, так что нам не понять того азарта, с каким наши предки могли обсуждать самые незначительные детали, находя в этом большое удовольствие.

В то время беседа была целым искусством, и мисс Хэрмони, несомненно, им владела."

"Для начала она позаботилась о том, чтобы отсечь от общего разговора Амалию, принявшись обсуждать местные дела, о которых та, конечно же, не имела ни малейшего понятия. Затем Арабелла тонко польстила Ричардсону, похвалила молодого Пирса Гранта, который определенно был от нее без ума, осведомилась, как идут дела у Донованов. Братья только что вошли, а вслед за ними в гостиной возник и тот нелюдимый тип, что строгал ящики для своих ближних. При виде его миссис Хэрмони вздрогнула и едва не пролила кофе из чашки себе на платье.

Арабелла пожелала тотчас представить Донованов Амалии, но оказалось, что те уже знакомы. Зато гробовщик отличился: пожав руку новой гостье, он пробормотал:

– Пять футов семь дюймов.

– Простите?

– Ваш рост, – грустно объяснил гробовщик. – Определять его – профессиональная привычка.

– Я, собственно, пока не собираюсь становиться вашей клиенткой, – сказала Амалия, подавив невольно возникшую внутреннюю дрожь.

Гробовщик испустил тяжелый вздох.