Амалия. Книги 1-5

Но то, что последовало вслед за этим, оказалось гораздо хуже всего, что он мог вообразить. Санчес накинул ему на ноги петлю и поволок его по земле за своей лошадью, а приспешники Санчеса скакали рядом и улюлюкали. Гробовщика привезли в маленькое селение, прилепившееся у подножия горы, и долго били ногами.

– Теперь тебе конец, Сид, – объявил Санчес. – Никто за тебя не вступится, твои дружки тебя бросили. Шериф этого городка – мой должник, так же, как мэр и все остальные жители. Я могу повесить тебя на городской площади, и никто даже пикнуть не посмеет. А теперь скажи мне: что тебе известно об алмазах? Облегчи душу перед смертью!

Но Стив не пожелал облегчать душу.

Скорее наоборот. Его били до тех пор, пока он не потерял сознание, а потом мучители, утомившись, заперли его на ночь вот в этой комнате.

Сообщники Стива скрылись в ночи. Продолжать погоню было неразумно, и Санчес решил подождать до утра.

– Этот человек храбрый, но храбрых людей много, – сказал он одному из своих помощников, имея в виду Стива. – Когда он скажет мне, где алмазы, я убью его. – И, опережая безмолвный вопрос собеседника, добавил: – А если не скажет, все равно убью.

Наступило утро. Солнце в огненной короне поднялось над горизонтом, а Стив Холидей, избитый, связанный и угрюмый, думал, что этот день станет его последним днем. Если только друзья не спасут его.

А тем же утром в городке Санта-Валерия появился новый человек. Это был слепой мальчик, одетый в грязные лохмотья неопределенного цвета. Его широко распахнутые глаза не видели ничего. Он шел, постукивая по дороге крепкой суковатой палкой, и тихо напевал себе под нос мексиканскую песенку. Его окликнула старуха, которая, переваливаясь всем телом, медленно ползла по площади.

Подозвав нищего сердитым голосом, она справилась у него, что он забыл в их бедной деревушке. Здесь нищим не подают, самим бы хватило прокормиться, и лучше бы калека убирался отсюда подобру-поздорову, пока приезжие сеньоры из Ларедо его не поколотили, сказала старуха.

– Я ищу сеньора Санчеса из Ларедо, – сказал мальчик. – Мне велели ему передать кое-что.

– Да? – иронически осведомился Санчес, вышедший несколько мгновений назад на крыльцо и слышавший конец разговора. – Кто ты такой и что у тебя за поручение ко мне?

Калека живо обернулся на его голос.

– Это вы – сеньор Санчес?

– Да, клянусь Мадонной!

– Сеньор Игнасио Санчес?

Санчес нахмурил брови, и этого оказалось достаточно, чтобы к нищему мигом подскочили двое дюжих кабальеро, отняли у него палку и ощупали его одежду. Но оружия при пришельце не оказалось.

– Помилуйте, сеньоры, что вы такое делаете? – плачущим голосом спрашивал калека. По-испански он говорил без малейшего акцента, да, впрочем, и по его внешности было легко угадать, что он мексиканец.