Амалия. Книги 1-5

Задыхаясь, девушка вбежала на поляну и сразу же увидела ошеломленное лицо Никиты, побледневшего Сержа Мещерского, своего брата, который стоял, сжимая в руке пистолет, и Александра, который лежал на снегу, не двигаясь.

– Что здесь случилось? – пролепетала она.

– О боже, графиня! Ради бога, уведите ее! – крикнул Серж.

На нее надвинулись какие-то фигуры, может быть, слуги, может быть, доктор, но она вырвалась, бросилась к Александру и сразу же увидела красное пятно, расплывавшееся у него на груди.

– Что ты наделал? – пронзительно закричала Мари, обращаясь к брату.

 – Я ненавижу тебя! Чтоб ты умер, да, умер!

Александр на мгновение пришел в себя в экипаже – от острого запаха лекарств. Но вокруг были только смутные очертания и искаженные лица, такие странные, что он предпочел закрыть глаза и провалился в небытие."

"Потом хлопали двери, его куда-то несли, кто-то держал за руку, там, где прощупывается пульс, кто-то говорил по-немецки. И был еще кто-то, кто рыдал в соседней комнате, были торопливые шаги, и звяканье ложки о стакан, и еще какая-то мутная, вязкая чепуха, от которой Александр никак не мог избавиться, и что-то все время давило на сердце и не давало вздохнуть.

Потом барон все же очнулся, увидел возле себя женские лица, Бетти и Мари, и глаза у обеих были неправдоподобно огромные и испуганные, но присутствие девушек ему не понравилось, он предпочел бы, чтобы их здесь не было. И дернул рукой, сорвал с себя повязку, отвернулся к стене – и опять потерял сознание.

Когда Корф очнулся, за окнами плыл лиловый, волшебный петербургский вечер, а у изголовья сидел Серж.

– Так… – промолвил Мещерский, видя, что он открыл глаза. Затем кашлянул и попытался напустить на себя суровый вид, что, впрочем, не вполне ему удалось.

 – Ты меня слышишь?

По выражению глаз раненого Серж понял, что слышит. Правда, Александр был так слаб, что у него не было сил даже кивнуть.

– Больше не будешь срывать с себя повязку? – все тем же суровым тоном осведомился Серж.

– Я сорвал повязку? – прошептал Корф, вспоминая.

– Доктор был очень сердит, – продолжал князь. – Сказал, что если такое повторится, ты просто истечешь кровью, и он не сможет тебе помочь.

Александр вздохнул. Скользнул взглядом по незнакомым предметам, по обстановке, которой прежде не видел.

– Где я? – одними губами спросил он.

– В особняке моего отца, – объяснил Серж. – Я взял на себя смелость перевезти тебя к нам после дуэли. Я тоже пока перебрался сюда, а доктор живет в соседнем доме, я знаю его много лет. И я спокоен, что за тобой тут присмотрят как следует.

Александр закрыл глаза. Верно, дуэль. Он дрался на дуэли с этим… с Антуаном Потоцким. Почувствовав боль в груди, барон поморщился.

– Я промахнулся? – спросил, не открывая глаз.