Амалия. Книги 1-5

Он сидел в тенечке и, надувшись, глядел, как Муся мечется по лужайке туда-сюда, отбивая чужие воланы и путаясь у всех под ногами.

– Они не нашли, кто это сделал? – внезапно спросил он у Ореста, который находился ближе всех к нему.

– Что сделал? Кого не нашли? – спросил Орест с удивлением.

Гриша насупился.

– Того, кто отравил Снежка.

– А, вот ты о чем! – Князь поморщился. – Нет, не нашли.

Игра закончилась, и все стали выяснять, кто выиграл, но так ничего и не выяснили и махнули на результаты рукой. Потихоньку все потянулись в дом – пить лимонад и отдыхать в прохладе больших комнат.

– Все-таки эти игры быстро надоедают, – заявила Муся. – Хочется чего-нибудь еще. Только вот чего?

– Посмотреть на Вихрушкина? – с улыбкой предположил Митя Озеров.

Вихрушкин был jeune premier[32] театра в Николаевске, нагонявший тоску на всех поголовно местных мужей и заставлявший мечтать их жен, даже тех, которые давно забыли, что такое мечты.

– Ах, оставьте! – отмахнулся Верещагин. – Знаю я, что такое эти провинциальные театры. – Он скорчил зверскую рожу и томно завыл: – Трагедия «Дон Гарсиа Наваррский», представление пройдет без суфлера Агафоклова, потому как он, подлец, упился вусмерть.

Во втором отделении дается водевиль «Фантазия» весьма пристойного содержания, не считая некоторых мест, пагубных для нравственности. Вместо примы Живодерской-Дикобразовой роль сироты-племянницы исполняет инженю[33] Викторова, потому как приму ее друг сердца купец Замухрышкин по неизвестной причине отходили ремешком-с. Не пропустите, господа, не пропустите!

Его последние слова утонули во всеобщем хохоте.

– Ой, Эмиль, – сказала Муся, сладко щуря глаза, – какой же вы злюка!

– В четверг я устраиваю охоту, – вмешался Никита Карелин.

 – Приглашаются все желающие!

– Вот это дело, – одобрил Орест. – Я с тобой!

– И я, – сказал граф.

– Придется мне тоже с вами поехать, не то вы, не ровен час, друг друга перестреляете, – важно заявила Муся. – Эмиль, вы едете?

– Всенепременно! – весело отвечал журналист.

Алеша Ромашкин, верный паж Муси, тоже изъявил желание поучаствовать в охоте.

– А вы, Амалия Константиновна? – спросил князь.

– Она не поедет, – вмешалась Муся.

 – Она же не любит охоту.

– Очень жаль, – заметил Полонский.

– Хорошо, я поеду, – сказала Амалия. – Только не обещаю, что буду стрелять.

Муся с лукавой улыбкой поглядела на нее и потерла кончик носа.

– Так, кто еще? Вы едете, Митя?"

"В конце концов согласились ехать все, кроме Гордеева, который отказался наотрез, и Саши Зимородкова. Условившись обо всем, молодые люди сели от нечего делать снова играть в свадьбу, результаты которой Амалия и описала сейчас в послании матери.