Амалия. Книги 1-5

– Дядя, – прошипела она, когда голос все-таки вернулся к ней, – так это ты…

– Нет, не я, – твердо ответил беспутный дядюшка, с достоинством выдерживая ее разгневанный взгляд.

– Как не ты?

– Да вот так: не я!

– Но ведь…

– Нет!

– Но Луиза…

– Это не я!

– Однако подпись…

– Что – подпись?

– Твоя!

– Да нет же!

– Как нет, когда твоя?

– Не моя!

– Но ты сам сказал!

– Ничего я не говорил!

Говорят, что когда великому, несравненному, громокипящему Дюма платили гонорар построчно, он создал молчаливого слугу Атоса Гримо исключительно для того, чтобы уснащать страницы своего бессмертного произведения репликами диалогов в одно-два слова каждое – и за каждую такую реплику получать как за полноценную строчку.

Увы, съевший не одну собаку в своем деле редактор раскусил коварный авторский замысел и аннулировал выплаты за слишком короткие строчки. С тех пор Гримо в тексте пришлось по большей части довольствоваться жестами, что было вовсе не так интересно!

Одним словом, выдержав этот краткий диалог во вкусе Дюма, Амалия почувствовала, что она сейчас же, немедленно сойдет с ума, если не добьется от дядюшки удовлетворительного объяснения.

– Начнем снова, – проговорила она. Подойдя к столу, она налила воды из графина в стакан и выпила ее, чтобы собраться с мыслями. – Так записки все-таки были?

– Очевидно, да.

– И писали их Луизе?

– Наверное.

Тут очаровательная, искрящаяся, остроумная Амалия сделала своими изящными пальчиками такое движение, как будто была не прочь удавить своего собеседника. Бывают в жизни такие моменты, когда даже у самых обаятельных и остроумных людей кончается терпение.

– Их писал ты? – спросила Амалия у дяди, сдерживаясь из последних сил.

– Нет, я просто подсказал, как можно подписать одну такую записку.

– Кому подсказал? – в изнеможении осведомилась баронесса фон Корф."

"– Виктору Кочубею. Он смыслил во французском языке еще меньше, чем я. По его словам, он хотел написать записку француженке, которая тогда выступала в полтавском цирке… Он хотел подписаться как-нибудь вроде «ваш поклонник». Я посоветовал ему написать, что он «постоянный обожатель». Понимаешь, слово «постоянный» производит на женщин очень выгодное впечатление…

– И он тебя послушал?

– Ему моя идея понравилась.

Хотя я сейчас вспомнил, что он видел ту француженку только один раз, потому что цирк вскоре уехал. Значит, либо он не успел ей написать, либо на самом деле писал вовсе не ей. Досадно…

– Почему – досадно?

– Потому что мне он казался совсем недалеким, а от тебя я сейчас узнаю, что он обвел меня вокруг пальца, – усмехнулся Казимирчик. – Если он писал записки Луизе, то вот тебе и ответ, где сестра могла их видеть: в его собственных бумагах, когда заглянула в них после его отъезда, например.