Американец, но все-таки русский

Когда машина оказалась почти напротив группы Власова, дистанция до нее еще оставалась приличной, около трехсот метров. Но это не помешало парням услышать дробный стук пулеметов и автоматов. Мятежники опередили наемников.

К источнику яркого света, плывущему на высоте метров семьдесят, потянулись желтоватые трассы. Несколько пуль, цепляя ветки, пропели над головами бойцов.

— Те еще придурки, — проворчал Лисин. — Цель как на ладони, а они шмаляют во все стороны!

Как бы там ни было, а упомянутым придуркам удалось-таки повредить вертушку огнем.

— Вот суки! Подбили! Не видеть мне горилки, зацепили! — воскликнул Тубарь, провожая взглядом резко снижавшийся вертолет.

Спустя несколько секунд метрах в трехстах послышался громкий треск, после чего гул двигателей и редуктора стих. Прекратилась и стрельба.

— Стоять! — выдал Власов и резко притормозил.

Бойцы сгрудились вокруг него.

— Все, парни, включаем режим тишины.

Те понимающе закивали. В джунглях действительно стало настолько тихо, что был отчетливо слышен каждый звук — шелест листвы от слабого ветерка, клекот ночной птицы, шорох мелких грызунов, вышедших на кормежку."

"— Тубарь — дозорный, остальные за ним. Курс на вертолет, потерпевший аварию, — тихо проговорил Сергей.

Его люди бесшумно исчезли в западном направлении.

Глава 11

В летной карьере Николая Карбанова уже не раз случались всякие неприятные казусы. Был пожар в моторном отсеке, когда пришлось экстренно сбрасывать приличную высоту и плюхаться на спешно подобранную площадку. Отказ двигателя с последующей посадкой по-самолетному. Бесчисленное множество мелких неполадок в системах и агрегатах. Но вот на густой лес садиться майору пока не доводилось. Тем более темной тропической ночью.

Когда по страшному треску и вибрации ему стало понятно, что вертолет лишился лопастей, он крикнул в переговорное устройство:

— Держитесь, парни!

Миша согнул ноги в коленях и уперся ступнями в приборную доску. Равиль крепко ухватился за спинки пилотских кресел.

Лишившись несущего винта, «Ми-8» стал не-управляем и двигался, ведомый лишь двумя силами: инерцией и гравитацией родной планеты. Первый же ствол дерева, встретившийся на его пути, снес часть остекления кабины и кронштейн с посадочной фарой. Страшная сила подбросила фюзеляж и крутанула его вправо. Дальнейшее падение происходило в полнейшей темноте.

Через секунду вертушка задела правым топливным баком следующий ствол. Точнее, керосиновым обогревателем, установленным в его носовой части. При этом Карбанов только каким-то чудом не вылетел из кресла.

«Только бы не вспыхнуло топливо!» — промелькнула в его голове вполне здравая мысль.