Ангел на метле

В конце концов, всегда можно писать, складывать рукописи в ящик и чувствовать себя не понятым современниками, а вот танцевать, петь или актерствовать в стол не получится. На мой взгляд, нет ничего печальнее нереализованного лицедея. Лишенный сцены, он начнет играть в жизни.

И я, поверив отцу, отправился учиться на писателя, но я определенно обладаю талантом артиста и сейчас легко докажу это.

Глубоко вздохнув, я решительно шагнул к обладательнице белых ботфортов с золотыми каблуками.

Глава 22

Перед тем как начать импровизацию, я машинально окинул глазами стол. В двух помятых алюминиевых мисках лежал салат «Оливье» самого жуткого вида, на газетке распотрошенная вобла, полупустая бутылка из-под пива российского производства. Кружки, в которые, похоже, налита самогонка, куски черного хлеба, головка чеснока…

– Тебе чего? – спросил Жорж.

Лица актера не было видно, сизый дым закрывал физиономии и плечи присутствующих, а вот столики и ноги были хорошо различимы.

– Заткнись, – рявкнул я, – молчи, пока жив, морковка!

Не успев упомянуть корнеплод, я сообразил, что перепутал овощи, и живо поправился:

– То есть редиска!

Жорж вполне натурально ойкнул, а Мамзель визгливо заверещала:

– Вау, обожаю «Каторгу», каждый раз новый прикол!

– Сегодня это не прикол, – рявкнул я. – А ну, отвечай, с кем время проводишь?

– С Костей, – ответила Мамзель.

– Какое право ты имеешь с ним разгуливать?

– Но…

– Я возмущен!

– Простите…

– Изменщица!!!

– Я… – попыталась ответить Мамзель, очень убедительно изображая изумление.

– Офигеть! – вклинился в диалог Жорж. – Ты, ваще, кто?

И тут я вжился в роль хулигана целиком и полностью, я поймал волну, оседлал ее и понесся на гребне ударившего в голову адреналина."

"– Здесь задаю вопросы я! Вывез девушку из провинции, отмыл, откормил, одел, обул, а она теперь с другими по ресторациям шляется, – прошипел я и, вспомнив о полученных от Ильи указаниях, схватил миску с салатом и вытряхнул ее на колени Мамзель, потом сцапал бутылку с самогоном и выплеснул содержимое на Жоржа.

Парочка завизжала, Жорж вскочил и ринулся на меня, я выставил вперед сжатые кулаки, попал во что-то мягкое, податливое, сильно ушиб большие пальцы и услышал звук глухого удара. Жорж мастерски разыграл падение.

В зале зашумели, присутствующие явно обрадовались драке. Мамзель засучила ботфортами и завизжала фистулой:

– Помогите, охрана!

Из тумана материализовалось двое парней в грязных лохмотьях, я слегка удивился, о секьюрити в сценарии не было ни слова, но поскольку спектакль шел без репетиций, возможны накладки, перестраиваться придется на ходу.