Ангел на метле

Представляете, в какую ужасную ситуацию попал Егор? Если обратиться в милицию, сдать мерзавца Артема правосудию, то что получится в результате? Поломается жизнь Тани, девочку начнут допрашивать, подвергать унизительным медицинским осмотрам, заставят давать показания в суде. После этого окружающие станут тыкать в нее пальцем, сверстники будут дразнить Таню, ее брат окажется в тюрьме, где его незамедлительно опустят другие зэки. Рухнет бизнес Егора, родители начнут забирать детей из школы. Их можно понять: если директор и его жена не сумели воспитать собственного сына, то они плохие педагоги. Наступит пора позора. Что делать? Велеть Тане молчать и оставить Артема безнаказанным? Продолжать жить с подонком в одной квартире? Глубоко зарыть семейную тайну? Но где гарантия, что юноша оставит девочку в покое? Невозможно посадить сына, но и оставить его в семье нельзя.

Лика в упор уставилась на меня.

– Въехал в ситуацию?

– Да, – кивнул я.

– И как она тебе?

– Очень надеюсь, что никогда не окажусь в подобном положении, – искренне признался я.

– Федосов тоже прифигел, – тяжело вздохнула Лика, – и вышел на Антонио. А у того тюрьма для таких, как Артем! И все довольны. Егор денег заплатил, Артема тихонечко, без суда и следствия, посадили, запрятали под замок.

– Это как же получилось? – изумился я.

– Очень просто, – пожала плечами Лика, – официального следствия не затевали, уберегли Таню от унижений, Артема в камеру засунули. Антонио родителям нормальные условия гарантировал: бить парня не станут, унижать тоже, работой завалят, библиотека там есть, в комнатах телики, нормально будет жить, но на свободу он не выйдет. А всем приятелям и соседям, кто интересоваться парнем станет, Егор сообщит: «Сын в Англии учится, в университет поступил». Все шито-крыто! С одной стороны, посадил насильника, с другой – огласки избежал. Думаешь, таких, как Федосов, мало? Ошибаешься, родной. У нас со Славкой лист ожидания был!

– Но каким образом можно засунуть в лагерь молодого человека, пусть даже и совершившего ужасное преступление, без соблюдения официальных формальностей? – поразился я. – И что это за элитное исправительное учреждение, более похожее на санаторий?

Лика начала расхаживать по кухне.

– Ты совсем дурак или прикидываешься? – зло поинтересовалась она.

– Нет. Я на самом деле не понимаю!

– Тюрьма частная.

– В России возможно подобное? Я думал, вся система исполнения наказаний принадлежит государству.

– Нет, ты правда идиот! Антонио ничего официально не оформлял. Его зона считается коттеджным поселком из таунхаусов, там охраны полно. Естественно, за порядком следят, и вопросов ни у кого не возникает. Имеется огромный пищеблок.